Книга Эликсир для избранных, страница 25 – Майк Логинов

— Ну как? – спросила она и, поднявшись на мыски, сделала оборот на сто восемьдесят градусов. Сверкнул крепенький белый задок.

— Восхитительно, – сказал я.

Она подошла ко мне и обняла за шею.

— Ты же любишь, когда на мне совсем ничего нет, – тихо проговорила она, – тебя не заводят все эти финтифлюшки – белье, пояса…

— Подвязки, – подсказал я.

— Подвязки, – повторила Алина. – Чулки…

Голос ее звучал уже мягче и спокойнее.

— Нет, не заводят, – признался я. – Меня возбуждает нагота.

— Нагота так нагота, – произнесла Алина, глядя мне в глаза.

Она на секунду убрала руку, и цепь, соскользнув с ее бедер, со звяком упала на пол.

— Пусти, я тоже пойду помоюсь.

— Не надо, – сказала Алина, – ты и так чистый.

Она провела пальцем по моей груди, как проводят по столу, чтобы проверить, нет ли на нем пыли.

— Видишь? – она показала мне палец.

— Значит, буду трахать тебя немытый.

— Валяй, – сказала она и поцеловала меня в губы.

Мы легли и стали целовать и гладить друг друга. Но когда я скользнул вниз и стал ласкать языком ее вагину, Алина остановила меня:

— Я хочу, чтобы ты вошел в меня сразу.

— Я хочу твою попку…

— Не сегодня.

— Почему?

— Муж меня вчера… У меня все там болит.

— Я напишу ему письмо…

— Письмо? Что еще за письмо?

— «Дорогой друг! Так как мы оба имеем честь… нет, имеем удовольствие любить одну и ту же женщину, предлагаю установить правила, которые регулировали бы нашу половую жизнь. В частности, предлагаю составить график сношений…»

— Дурак!

— Ты бы ему сказала вчера: не надо, оставим Леше этот кусочек сладкого…

— Во-первых, вчера я еще не знала, что мы с тобой увидимся, а во-вторых, с чего это кто-то тебе должен что-то оставлять?

— Как с чего? У твоего мужа гораздо больше возможностей. Он может е… тебя каждый день, а я только раз в неделю. Мне нужны преференции, льготы. Он – естественная монополия, а я малый бизнес.

— Трепло ты, а не малый бизнес…

Я потянулся к тумбочке, где лежали презервативы.

— Ты куда? – спросила Алина.

— За презервативом.

— Господи, какой же ты благоразумный!

— Тебе же самой так спокойнее.

— Да, спокойнее… И подложи мне подушечку под спину.

Через полчаса я встал, надел трусы и пошел на кухню.

— Чай или кофе? – крикнул я.

— Что? – откликнулась Алина.

— Я спрашиваю, что ты будешь – чай или кофе?

— Чай!

Я любил эту часть наших свиданий не меньше, чем постель. Я всегда знал, нравится мне женщина по-настоящему или нет. Если после секса мне хотелось, чтобы она побыстрее ушла, значит, нет, а если хотелось, чтобы осталась, то, значит, да. Я желал, чтобы Алина оставалась со мной как можно дольше… «Странно, я ведь не так уж много думаю о ней в перерывах между нашими свиданиями. Где она? С кем она? – размышлял я, заваривая чай. – И не ревную совсем. Ни к мужу, ни к другим мужикам, если они у нее есть. А они есть? Нет, просто интересно, встречается она еще с кем-нибудь? Вряд ли, говорит, совсем времени нет. Хотя, кто знает… С Леной совсем не то было. Ревновал ужасно. Хотел, чтобы она всегда была рядом. Бесился, когда не отвечала на звонки… Может быть, это потому, что я – не муж…»

Послышались шаги, и в кухню вошла Алина в моей рубашке. Рукава ей пришлось подвернуть три раза. Она прошлепала по кафельному полу и села у окна.

— Могу принести тебе халат, – сказал я, доставая чашки.