Книга Роковой подарок, страница 88 – Татьяна Устинова

Маня позабавила логика тренера. Раз не выбила ни одной мишени, стало быть, дура.

Тут вдруг Маня вспомнила и спросила:

— На ней не было украшений? На дуре?

— Чего-о-о?!

— Таких приметных украшений, – заторопилась Маня. – Ну, такие, которые не заметить нельзя! Бриллианты там, изумруды!..

— Да не рассматривал я ни бриллиантов, ни изумрудов! Отстрелялись, и я к себе ушёл!

— Максим с ней один раз приезжал?

— Я только раз видел, а мужики говорили, что… приезжал, короче, да.

— И как зовут, не помните?

— Да за каким хреном мне запоминать-то? Сегодня эта, завтра следующая! Вот жена – другое дело, жена постоянная должна быть. А шлюшки эти, кто их по именам знает!..

…Н-да, подумала Маня. Их никто не запоминает, по именам не знает, но приходит время, они занимают места старых жён и тоже становятся постоянными. А уж там как пойдёт.

Странные люди, эти мужчины… Да и люди ли?…

В особняк «Регионстальконструкции» Маню пропустили легко – её всегда и везде пускали, как она выражалась, «по физиономии лица».

Однако Романа Сорокалетова на месте не оказалось.

— Уехал, – доложила секретарша Инга. – Сказал, до конца дня.

Ругая себя за то, что не сообразила для начала позвонить, Маня спросила, куда Роман Андреевич мог отправиться.

— Я не знаю, – растерялась Инга.

На этот раз она выглядела не такой… размытой, как в прошлый Манин визит. Девушка, красивая такой общепринятой современной красотой, как у всех, – ресницы и ногти накладные, губы и груди надувные.

Должно быть, именно таких девушек тренер Сиротин называет «губастые».

Понимая, что задним умом крепка, Маня достала телефон и набрала Романа, но он был «временно недоступен» – так всегда бывает, когда человек очень нужен.

— Вы спросите Елену Васильевну, – посоветовала Инга с сочувствием. – А я пока кофе сварю. Будете?…

— А кто такая Елена Васильевна?

— Помощница Максима Андреевича, – доложила Инга. – Она сегодня первый день вышла, из больницы выписалась. Как узнала о Максиме Андреевиче, так «Скорая» и забрала. Вон её кабинет! Зайдёте?

Елена Васильевна оказалась сухощавой дамой средних лет, очень строгой.

Маня ввалилась к ней в кабинет без предупреждения, и Елена Васильевна взглянула так, что писательница чуть было не отступила с позором.

— Здравствуйте, меня зовут Марина Покровская, – зачастила она. – Я писательница и дружу с Романом Сорокалетовым. Инга сказала, что вы можете знать, куда он уехал. Он мне очень нужен!..

Елена Васильевна молчала, смотрела и слушала.

— Я просто хотела с ним поговорить, ненадолго, – продолжала Маня по инерции, но остановилась и спросила: – Мне выйти и зайти снова, после доклада?

Елена Васильевна ещё немного посверлила Маню взглядом и пригласила присесть.

— У-уф, спасибо, – обрадовалась писательница. – Вы знаете, у меня очень болит нога. Я что-то то и дело на неё падаю! Вчера на лестнице так упала, что даже очки разбила, и если бы не…

— Чего вы хотите? – перебила помощница. – Вам что-то от меня нужно?

— Вы мне не подскажете, где найти Романа Сорокалетова?

— Нет.

Маня хотела продолжать, но осеклась.

— Вы не знаете? – уточнила она осторожно.

— Знаю.

— И не скажете?

— Нет.

— Почему? – с искренним интересом спросила Маня.

— Потому что вас я как раз не знаю.

— Логично. – Она с трудом поднялась, придерживаясь рукой за кресло, и пояснила свою неловкость: – Это всё из-за ноги! Извините меня, пожалуйста. Я ему позвоню и спрошу. Он-то меня знает!..