Онлайн книга «Тени южной ночи»
|
Да ладно он! Больше, чем вся группа! Он пролистал страницы блокнота, прогоняя раздражение. — А откуда мы знаем, что у потерпевшего Истомина была связь с блогершей Крузенштерн? — От жены. Она мне сказала. Раневский присвистнул и щелчком отбросил от себя блокнот. — Жена вам не сказала, что вы тоже были его любовницей? …На самом деле Наталья поначалу так и подумала, но Маня не собиралась об этом упоминать! — Подозрения жены ничего не означают, поверьте мне. — Хорошо, — согласилась авторша детективов, — а туфли и коробка? Туфли были в гримерной, коробку выставили в коридор. Толян зачем-то вытащил туфли из коробки! — Собирался подарить на день рождения любой девушке из съемочной группы. — И поэтому вынул из коробки с бантом? Чтоб подарить?! — Что вы хотите сказать, товарищ писательница?! — Я хочу сказать, товарищ майор, что Соня Крузенштерн была в гримерке Истомина перед тем, как его задушили. Может быть, именно она и задушила! — Ту-ру-ру, — протрубил майор. …С этой Соней он разговаривал как и со всеми, кто был на съемке. Впечатления страдалицы, только что потерявшей любимого, она не производила. Это раз. Ни у кого из группы не было дня рождения — он у всех посмотрел документы и запомнил все даты, его так еще в академии МВД научили. Это два. Коробка совершенно точно была, и бант валялся на полу в гримерной потерпевшего, и там же стояли новенькие лакированные туфли алого цвета. Это три. — А откуда вы знаете жену потерпевшего?.. — Я же вам рассказала! Я подслушивала в кустах на стоянке! Они разговаривали с Толяном, она очень грустная была. Он ей сказал: катись в свой занюханный Пятигорск, как-то так. Я приехала сюда, нашла ее адрес и пришла. А ее… убили у меня под носом! Понимаете? Он хотел сказать, что все понимает, разумеется, и нисколько не удивится, если в следующий раз будет расследовать убийство самой писательницы Покровской, но вместо этого сказал так: — От любопытства кошка сдохла. Маня просияла, словно он отпустил ей невесть какой комплимент или внезапно подарил берилловую диадему. — Вы читали, да?! Читали?! Это же из «Мери Поппинс», про кошку!.. — Слушайте, — сказала майор с досадой, — не вы одна на этой планете умеете читать. Я тоже умею. — Да все умеют, но ведь никто не читает! — Никто — это кто? — осведомился Раневский. — Вы мне лучше скажите, кто на труп жены приезжал — из отделения или из комитета? — Я не знаю. — Машину, которая сотрудников привезла, видели? Что на ней было написано? Маня подумала секунду: — Полиция, г. Пятигорск, отд. или что-то такое-то, цифры… не помню, телефон… тоже не помню, и еще по кругу… — Стало быть, из отделения. Что именно вы сказали жене, чтобы вызвать на откровенность? Мане вдруг стало не по себе. — Я… не вызывала на откровенность, мы просто разговаривали. Она сначала не хотела, а потом как-то разговорилась… Она совсем одна была, мальчишку, сына, тетка забрала в Зеленокумск, кот у нее толстый… Слушайте, там же кот остался! Один! Он с голоду помрет! — Наверняка родственников уже оповестили, Маня. А вот сын на самом деле один остался. Сколько ему? — Школу оканчивает, — уныло сказала Маня. — Хочет физику учить, а отец его заставлял в повара идти. Физика никому не нужна, а повара всем нужны, потому что все любят есть. Такая логика. |