Книга Тени южной ночи, страница 38 – Татьяна Устинова

— А потом началось вот это все — машины дорогие с номерами «ТОЛЯН», футболки с его портретами, рекламы «Шеф Истомин рекомендует», командировки бесконечные… И потом убили его.

Наталья нагнулась к коленям и уткнулась лицом в кота.

— Убить-то его раньше убили, конечно, — глухо проговорила она. — А на съемке докончили.

— Может, он денег много задолжал? — спросила Маня просто так, чтобы спросить.

— Может, и задолжал, — выпрямившись, равнодушно ответила Наталья, и вдруг совсем другом тоном: — Так что писать-то вы будете?

— Ничего я не буду писать. Я хочу узнать, кто убил вашего мужа.

— Ну, узнаете, и дальше чего? А вдруг еще какая пакость всплывет? Нет уж, хватит с нас. Толя жизни лишился, и меня жизни лишил. А сыну пакостей достаточно. Ему в институт на физику поступать.

— А где ваш сын сейчас?

— К тетке уехал в Зеленокумск. Я тетку попросила, она и забрала хлопца. Сил нет у меня. А тут еще вы заставили за Толю вспоминать!..

Наталья пересадила кота на перила и решительно поднялась.

«Сейчас она меня выставит, — пронеслось в писательской голове, — и будет права!..»

— Хотите нарзану? У меня всегда холодный! А может, окрошки холодной? На кефире! Толя очень любил. И фотографии покажу наши свадебные! Ой, мы там смешные! Это ж сколько прошло-то? Двадцать лет! Толя тогда костюм с галстуком в первый раз в жизни надел! В первый, говорит, и в последний! Больше никогда, говорит, хоть к английской королеве на прием меня везите!..

— Нарзану хочу, — быстро сказала Маня. — И фотографии хочу, это же так интересно! Помочь вам?

— Да чего там помогать, сидите! Нарзан в баллоне, а фотки в альбоме, сейчас все принесу.

И она пошла по неровной плиточной дорожке в сторону желтевшего сквозь листья винограда домика.

Маня попихала Вольку ногой — тот не реагировал, — посмотрела вокруг и почесала голову.

…Так тяжело было на душе, словами не выразить и писательской головой не придумать!

Вот жили люди в домике у подножия Машука. И все у них было — любовь, дело, сын, тетка в Зеленокумске, кот толстый.

И мечты о лучшей жизни были, разумеется, а как же!.. Ведь всегда хочется лучшего, сколь бы ни было хорошо то, что имеется.

Лучшего — значит, всего больше!

Денег — больше. Дом — больше. Друзей и важных людей вокруг — больше. Красоты — в самом примитивном ее смысле! — больше!

Действительно, красоты Пятигорска и кавказских долин и гор, красоты Цветника, весеннего Бештау, роз и парков недостаточно для «успешного человека»! Ему необходимы алая «Порше» с личными номерами, личная блогерша и личная квартира в Москва-Сити на сорок третьем этаже — вот где настоящая красота! То, что на «Порше» негде и неудобно ездить, блогерша надоест через месяц, а в квартире то и дело нет воды — насосы не справляются, — в зачет не идет.

Так «положено» жить «успешному человеку», а кто и зачем это «положил» — вообще неважно!

— Ну что? — сказала Маня коту, чтобы немного заглушить тяжелые думы. — Остался ты без хозяина, да?..

Она встала, переступила через Вольку, зашла в палисадник и понюхала роскошную розу — как та самая Мари, дочь князя Васильчикова из «временного континуума».

В глубине сада, который вовсе оказался не так уж мал, возились в кустах птицы, и жаркий ветер ерошил листья ивы, росшей в отдалении.

Ива была громадной и таинственной. Мане моментально показалось, что оттуда, из-за плакучих веток, кто-то наблюдает за ней.