Книга Тени южной ночи, страница 29 – Татьяна Устинова

— В отставку прошусь — не пускают, к награде представлен — не дают, стихи пишу — все больше барышни в восторге!..

— Мишель, могу я попросить вас об одолжении?

Он улыбнулся:

— Ну вот, явилась милость, опять Мишель! Я к вашим услугам.

Рукой в перчатке Мари осторожно взяла его ладонь — он отдал, — подержала и отпустила.

— Умоляю вас, будьте осторожны с Аделью, — выговорила она с усилием. — О ней ходят всякие слухи, говорят даже…

Он вспыхнул, отступил на шаг и спрятал руку за спину:

— Прошу вас не утруждать себя пересказом пустых сплетен, это совсем на вас не похоже, Мари. Да и я вполне способен выбирать в своем окружении тех, кто мне интересен. Оставьте за мной это право!

— Вы многого не знаете.

— И знать не хочу. Что это вы выдумали — обсуждать с мужчиной его отношения с другой особой?

— Прекратите эти отношения, Мишель, — Мари посмотрела ему в глаза. — Если не хотите погибнуть.

— А я хочу, — скривив губы, выпалил он. — Представьте себе, что именно этого я и хочу — погибнуть! В деле, на дуэли или в бешеной скачке, уж как придется!

— Это просто сумасбродство.

— Как бы там ни было. Прошу меня извинить, вынужден откланяться. Макар вас проводит.

И ушел, на этот раз нарочно гремя шпорами.

Мари не стала смотреть ему вслед.

Все эти разговоры — полунамеками, полусловами, полуправдами — ни к чему не приведут, она понимала это. И еще лучше понимала, что над головой ее друга сгущаются тучи. Она не могла разобрать, с какой стороны они заходят, но по обрывочным разговорам братьев с товарищами по полку, по разрозненным замечаниям отца, по многозначительным взглядам полковых командиров, которыми те обменивались, когда входил Мишель, понимала, что грозы не миновать.

…И еще эта Адель!..

Он влюбился без оглядки — он всегда так влюблялся, — и кокетка вертела им в свое удовольствие, а между тем поговаривали, что ее муж то ли английский, то ли голландский шпион и на Кавказе он неспроста, да и в Пятигорске почти не бывает, все в разъездах, хотя разъезды тут и небезопасны.

…Почему небеса так несправедливы?..

Почему Мишель не смог полюбить ту, для которой он единственный, самый лучший и талантливый?

Мари уберегла бы его от любых бед и несчастий, удержала бы от опрометчивых поступков, прощала бы слабости и укрепляла силу!

Она улыбнулась своим мечтаниям — она всегда улыбалась, когда больше всего на свете ей хотелось зарыдать, — поднялась на веранду, открыла дверь в прохладный домик и кивнула брату, который, зевая, листал позабытую кем-то на диване книгу.

— Куда ты дела Мишеля?..

— Я его так разозлила, что он убежал и даже попрощаться забыл. Сказал, что меня проводит Макар, словно тебя тут и нет.

Брат поднялся с дивана и потянулся, почти доставая головой до потолка.

— …как это возможно? — пробормотал он словно про себя. — Бегать за ним! Были бы мы детьми, оттаскал бы я тебя за косу, Маша.

— А я тебя за уши! Помнишь, какие у тебя были лопоухие уши?

Брат подошел, зачем-то поцеловал ей руку, повернул и слегка подтолкнул в спину:

— Скорей на воздух, Мари! Говорили, сегодня к Каландаки привезут мороженое. Хочешь мороженого? Пройдем так, садом!

— А завтра у Погодиных большой вечер?

— У них всегда большие вечера, Мари.

— И танцы?

Брат придержал перед ней калитку, денщик стал навытяжку у коляски.