Книга Не засыпай, страница 32 – Меган Голдин

— Наемные убийцы делают свое дело и уходят. Они не увлекаются арт-проектами, – сказала Хэллидей. Для усиления своей позиции она шлепнула фото с надписью «ПРОСНИСЬ!» под магнит на доске.

Лавелю нравилось, как Хэллидей стоит на своем. Он терпеть не мог, когда детективы, особенно молодые, опускали головы перед первыми признаками несогласия и принимали точку зрения группы.

— Надпись на окне могли сделать осознанно. Обманная наводка, – отметил Роско. – Я видел, как наемники обставляли место преступления так, будто это работа серийного убийцы. Фраза кровью на стене. Израненное тело, будто бы порезанное психом, – чтобы пустить всех по ложному следу.

— Я не иду по ложному следу, – Хэллидей была непреклонна.

— Так какова ваша теория? – спросил Лавель.

Он был согласен с Хэллидей, что это не дело рук наемного убийцы. Не было ничего конкретного, что бросилось бы ему в глаза, когда он был на месте преступления. Его суждение основывалось на чистом инстинкте, отточенном почти за два десятка работы в убойном отделе.

— Не буду строить догадки. Слишком рано, чтобы выдвигать теории. Мы даже не знаем личность убитого, – отметила она. Хэллидей не стала бы увлекаться теориями, пока нет свидетелей и работа криминалистов еще не закончена.

Она знала о предвзятости восприятия и том, как озвученные теории заставляют некоторых детективов неосознанно искать улики, подтверждающие их догадку, и игнорировать те свидетельства, которые ее опровергают.

— Давайте сосредоточимся на главных компонентах дела. Отпечатки пальцев, записи с камер видеонаблюдения и опознание жертвы, – подытожил капитан. – Следуйте за доказательствами.

Он встал на ноги, показывая, что инструктаж окончен.

— Держите меня в курсе. Я не хочу узнавать из вечерних новостей то, что должен был сперва узнать здесь, в этом кабинете. Детектив Лавель, останьтесь.

Капитан дождался, пока все вышли из кабинета, и закрыл дверь.

— Джек, что думаешь по поводу Хэллидей? – капитан сел за свой стол.

— У нее хорошие инстинкты и наметанный на детали глаз. Нечасто увидишь такое сочетание, – сказал Лавель.

— Ага, у нее хорошая репутация, – согласился капитан. Попутно он копался в стопке папок на своем столе.

— Ты, похоже, не убежден? – спросил Лавель, заметив папку с именем Хэллидей.

— Говоря между нами, я вынужден рассмотреть изменение статуса Хэллидей: с временной замены Эла на его постоянную замену.

Заметив, как Лавель поднял бровь, капитан добавил:

— Эл подает документы на увольнение. В следующем месяце у нас будет вакансия в штат. Я хочу, чтобы ты обучил Хэллидей. Не хочу, чтобы мне заламывали руки и заставляли брать ее только для того, чтобы соблюсти гендерную квоту.

— Есть причины для сомнений на ее счет? – спросил Лавель.

— Ее военное досье под грифом.

— И?

— Не люблю досье под грифом. Я из-за них нервничаю.

— Готов спорить, что ее досье под грифом потому, что она служила в разведке, – ответил Лавель.

— Откуда ты знаешь, что она работала в военной разведке? – капитан заинтересованно подался вперед.

— Она только что разговаривала с парнем из ее прежнего подразделения. Сейчас он в ЦРУ. Не думаю, что тебе будет о чем беспокоиться, когда дело дойдет до ее досье. Оно под грифом потому, что засекречено.

— Возможно, – пожал плечами капитан. – И все же мне нужно знать, кто присоединяется к моей команде. Так как военные мне ничего не скажут, мне нужно, чтобы ты разузнал. Я не хочу рисковать и нанимать детектива, который окажется пассивным и нужным только для того, чтобы повысить процент женщин-оперативников в отделе.