Книга Чужие грехи, страница 58 – Валерий Шарапов

— Сочувствую, что ваши планы не воплотились в жизнь, Тимофей Иванович, – пробормотал Разин, – ничего, лето длинное. А Анна Семеновна – это у нас…

— Лежит перед вами, – поведал сосед, – Анна Семеновна Лучинская, двадцать девять лет, работает в транспортной прокуратуре Железнодорожного района. Молодая работница, но такая была перспективная… Эх, – мужчина сокрушенно вздохнул, – и такая порядочная была женщина… Совсем недавно разговаривали, буквально вчера вечером…

— Вот же незадача… – расстроенно прошептала в затылок Лида. – Нам только прокурорских трупов не хватало в этом деле…

А дело было и впрямь то самое. Связанные руки, кляп во рту из скомканного полотенца, сокрушительный удар по затылку, после которого невозможно выжить…

— То есть это вы сообщили о случившемся в милицию, Тимофей Иванович? И каким, позвольте поинтересоваться, образом? Современные дачи оснащены телефонной связью?

— Управление оснащено, – снисходительно усмехнулся рыбак. – Оно почти рядом, вон за теми домами. Ключ у меня есть, всегда на связке. Признаться, молодой человек, председатель дачного товарищества – это я… Мужу потерпевшей я тоже позвонил, он должен прибыть.

— Удачно, – оценил Алексей. – А вы, Тимофей Иванович… полагаю, не слесарем на заводе работали?

— Не понимаю, что вы имеете против слесарей, – пожал плечами дачник. – На пенсии шестой год – ушел в шестьдесят два. Последние годы возглавлял прокуратуру Кировского района. А теперь на заслуженном отдыхе – таскаю из озера карасей, огурцы с помидорами выращиваю.

— Вообще приплыли… – шепотом прокомментировала Лида.

Подъехал «рафик» из отдела, высадился десант: Варламов, Островой, мрачный до невозможности Крюгер. Замыкал процессию крадущийся, как тать по ночному лесу, практикант. Денису Шабанову выпало счастье остаться в отделе (видимо, принимать поздравления). Подходили как-то боком, с обреченными минами. Практикант уже не боялся, хотя и не бежал впереди паровоза; физиономия красноречиво извещала: я же говорил!

— Тимофей Иванович? – удивился Варламов. – Надо же, какая встреча, сто лет не виделись. А вы теперь, стало быть, на добровольных началах? – Шутка вышла слабенькой. Мужчины обменялись рукопожатием. От Крюгера несло перегаром – не устоял вчера вечером, снова поддался соблазну зеленого змия. Рассчитывать на его мозги в таком состоянии было наивно.

Вслед за опергруппой прибыли криминалисты. Борис Давыдович вышел из машины, потянулся, вдохнул полной грудью. «Наконец-то, – красноречиво говорило интеллигентное лицо, – хоть в приличном месте поработать». Он тоже поздоровался с Беликовым – всех этих людей объединяло прошлое. Фамилия была на слуху, но по долгу службы сталкиваться не приходилось – в те годы Алексей бегал еще зеленым опером.

— Рассказывайте, Тимофей Иванович, – попросил Варламов. – Что видели, что слышали, как вообще такое могло произойти? Вы же хорошо знали потерпевшую?

Часть истории Алексей с Лидой уже знали. Беликов – одинокий пенсионер, жена скончалась от инфаркта четыре года назад. По традиции первого мая переезжает на дачу и обитает на ней до конца сентября. Если что-то надо в городе, то личная «Нива» под боком – хотя и стала артачиться в последнее время. Выращивает овощи, увлекается спортивной рыбалкой, для чего имеется собственная весельная лодка. Можно и с берега закидывать, но это неинтересно. Крупные караси обитают на глубине.