Книга Кровавая кулиса, страница 81 – Валерий Шарапов

— Когда?

— С чего ты взяла?

Женщины загалдели, взволнованные новостью соседки. До этого момента Урядов в разговоре участия не принимал, но теперь решил, что пора вмешаться. Он вышел вперед и поднял руку, привлекая внимание женщин.

— Предлагаю всем успокоиться, – произнес он. – Мы с напарником пришли сюда не для светской беседы, а по оперативно-разыскной необходимости. Это значит, что каждая минута промедления может стоить кому-то жизни. Надеюсь, вы отнесетесь с пониманием к моей просьбе, а просить я буду вот о чем: сейчас я буду задавать вопросы, а вы по очереди на них отвечать. Постарайтесь не перебивать друг друга и быть максимально точными. Возможно, от ваших ответов зависит жизнь Лизы. Вы готовы нам помочь?

На женщин речь Урядова произвела сильное впечатление. По их лицам было видно, что под таким углом они визит милиции не рассматривали. Слова оперуполномоченного даже несколько напугали, но зато дальше разговор пошел в конструктивном ключе, чего капитан Урядов и добивался.

После получасового диалога Урядов получил от пациенток палаты номер двадцать четыре все, что ему было нужно, и восстановил хронологию событий предыдущего и текущего дня. Картина складывалась следующая: в день, предшествующий визиту оперативников, пациентка по имени Дарья ходила на процедуры. Это было примерно в пятнадцать тридцать. Путь до процедурной лежит мимо комнаты для посетителей. Там-то Дарья и увидела, как Лиза общается с каким-то мужчиной. Ей не показалось, что эти двое знакомы, поэтому она сделала вывод, что мужчина пришел не к Лизе, а просто выяснял у нее некую информацию. Например, как найти главврача, или пройти к рентгеновскому кабинету, или еще какую-то нужную информацию. Одним словом, Дарья не обратила на мужчину внимания и не рассказала о нем соседкам по палате. Она и не вспомнила бы об этом эпизоде, если бы позднее не состоялся разговор с оперативниками.

Позже в этот же день пациентка Надежда увидела, как Лиза разговаривает с кем-то по телефону. Разговора она не слышала, но выражение лица Лизы ей запомнилось. Девушка была взволнована, очень взволнована. Когда Лиза вернулась в палату, Надежда попыталась выяснить, что так тревожит девушку, намекнув на телефонный разговор. Лиза не отрицала, что кому-то звонила, но и не подтвердила эту информацию. Она просто ушла от разговора, и Надежда, не будучи по натуре прилипчивой, отступила.

На следующий день девушка внезапно засобиралась домой. С самого утра она была как на иголках, рассеянная и раздраженная. Даже медсестре нахамила, когда та делала ей укол. Несколько раз за это время она подходила к окну, но соседки по палате списали странности поведения на болезнь, они знали о тяжелом душевном состоянии девушки. В промежутке с половины одиннадцатого до одиннадцати Лиза выходила из палаты и звонила по телефону, это видели все пациентки, так как сестринский пост находится напротив их палаты. Женщины решили, что на ее звонок никто не ответил, так как Лиза положила трубку, так и не сказав ни слова. А после звонка она быстро собрала вещи и ушла из палаты.

Надежда, которая лежала у окна, поддавшись настроению Лизы, тоже стала периодически посматривать в окно. Своего рода зеркальный эффект: когда рядом с тобой человек зевает, ты тоже начинаешь зевать, так вышло и с окном. Именно поэтому она заметила припаркованный «Москвич» и хромого мужичка, а затем и Лизу в компании этого мужичка. Номерного знака автомобиля Надежда не запомнила, но методом исключения, воспользовавшись машинами, припаркованными у больницы, как образцом, Урядову удалось выяснить модель и цвет машины хромого, и это было уже кое-что.