Книга Кровавая кулиса, страница 61 – Валерий Шарапов

— Нет, я не свидетель, я просто на вахте стоял, – вахтера слова капитана несколько встревожили. – Ничего такого я не видел, так что свидетельствовать не о чем.

— Так ли это? – Деев понял план Урядова и подхватил эстафету. – Не видели или убеждаете самого себя, что не видели? Ох, Андрей Степанович, по тонкому льду ходите. Как бы вам соучастником не оказаться, когда все всплывет.

— Каким соучастником? – вконец растерялся вахтер. – Он же ничего не сделал, я тем более. Я только выпустил его, и все. Хотел сумку помочь вынести, но потом решил, что не мое это дело.

— Сумку? Су-у-умку… – протянул Урядов. – Понятно!

— Что? Что понятно?

Вахтер нервничал все сильнее, а Урядов и Деев продолжали нагнетать обстановку. Игнорируя вопрос вахтера, Урядов обратился к Дееву:

— Как думаешь, это то самое?

— Похоже на то. По крайней мере, все сходится к тому, – Деев почти шептал, делая вид, что боится, как бы не услышал вахтер. – Свидетель ведь про сумку говорил?

— Да, говорил. – Урядов отодвинулся от вахтера на пару шагов и потянул за собой Деева. – Надо бригаду вызывать и с вахтером что-то делать.

Услышав последние слова, вахтер подскочил к оперативникам.

— Послушайте, я не сделал ничего плохого. Не надо со мной ничего делать! – воскликнул он, поочередно заглядывая в глаза то Урядову, то Дееву. – Если так надо для следствия, я расскажу все, что знаю, отвечу на все вопросы.

— Как думаешь, Деев, дадим человеку шанс исправиться? – Урядов украдкой подмигнул Дееву.

— Ну не знаю. Если бы не сумка… – Деев в сомнении качал головой. – Он ведь его выпустил, сумку не проверил.

— Мы и не должны сумки проверять, – вклинился вахтер. – У нас ведь не режимное предприятие.

— Да еще и поднести хотел помочь, – продолжал Деев, не обращая внимания на реплики вахтера, – а это уже статья.

— Какая еще статья? Всю жизнь считалось добрым делом больному человеку помочь, а теперь за это в тюрьму сажают? – взвился вахтер. – Да что же это в мире творится?

— Больному помогать и сейчас занятие почетное, – заметил Деев.

— Ну вот! А он и был больной, – обрадовался вахтер. – Я ведь поэтому и хотел с сумкой помочь. Он вышел весь всклокоченный, в странной одежде, будто он ее в костюмерной взял, лицо злое, а руки в бинтах и в крови – жуткое зрелище, вот я и решил помочь. Только он не позволил. Гаркнул: «Не лезь не в свое дело!» Я и не стал лезть. От греха подальше.

— Вы кому-нибудь об этом рассказывали? – спросил Урядов.

— Только директору, они ведь родня.

— Так сразу и пошли к директору? – не поверил Урядов.

— Не сразу, – чуть помедлив, признался вахтер. – Сначала я вообще никому не собирался об этом рассказывать. Не люблю сплетни разносить, а в большом коллективе такая новость сразу разошлась бы по всем углам.

— Но потом передумали? – догадался Урядов.

— Да, передумал. В четверг в обед я кое-что услышал и поэтому пошел к директору.

— Что именно вы услышали? – спросил Деев.

— Девчата из кадрового отдела судачили, а я услышал. Их кабинет как раз напротив комнаты отдыха, я перекусить туда пришел, дверь открытой оставил, а кадровичкам, похоже, без разницы было, услышит их кто-то или нет.

— Так что вы услышали, Андрей Степанович? – повторил вопрос Деев.

— Что Платон Евгеньевич исчез, – понизив голос, ответил вахтер.