Книга Холодные сумерки, страница 54 – Валерий Шарапов

Когда в квартире зазвучали первые ноты «Весны священной» Стравинского, он снова опустился в кресло и положил руки на подлокотники, отдаваясь музыке. Предстояло много о чем подумать.

I. Позвони мне, позвони…

На следующее утро всю дорогу Дмитрий думал о совпадениях. Сатанистов во Владивостоке наверняка было раз-два и обчелся, и какова вероятность, что они ходили в тот же киноподвал, что и маньяк, если загадочный Абрам был маньяком? В тот же зал, куда случайно зашел сам Дмитрий. Ладно, допустим, последнее было не вполне случайностью, пусть и основывалось на чувствах и анализе, а не на конкретных уликах, которые можно было бы подшить к делу. Но даже без этого – слишком уж совпадает. И один из парней был достаточно высоким, чтобы сойти за того, у маяка. И следить за несколькими потенциальными жертвами втроем тоже куда проще.

Совпадение или он случайно нашел свою группу убийц? Группа, спаянная, сыгранная, вполне могла распределить роли и создать противоречия в картинке. Могла. Но тогда это уже не безумие? Или безумен кто-то один, а другие его балансируют?

«Или должно быть другое объяснение. Найдем. Опросы, наружка. Судя по тому, как часто появляются тела, убийца вошел во вкус и долго терпеть не станет».

Надрывающийся телефон он услышал еще в коридоре. Закрыл дверь, бросил китель на спинку стула и только тогда поднял трубку.

— Майор юстиции Меркулов слушает.

— Полковник Силуянов, ОБХСС. – Голос у полковника оказался тонким, почти как у женщины, но при этом жестким. – Вы интересовались Григорием Зиновьевым.

Вчера, между совещанием и выходом в город, Дмитрий и правда успел отправить заявку смежникам, чтобы узнать, есть ли что-то на Зиновьева-младшего. Просто для того, чтобы не лезть грязными сапогами в чужую работу, если тот уже проходит по какому-то делу, – никто не любит, когда в работе толкают под локоть.

Но чтобы позвонил целый полковник вместо, например, оперативника или следователя? Звонок откровенно предвещал неприятности, и Дмитрий насторожился.

— Так точно, товарищ полковник, интересовался. Григорий Зиновьев нужен мне как свидетель по делу о двойном убийстве.

— Он подозреваемый? – потребовал полковник ответа, и Дмитрий скривился.

— У него могут быть сведения, которые…

— Вы должны понимать, товарищ майор, что речь идет о крайне чувствительных материях, согласованных на уровне обкома, – перебил его полковник, словно Дмитрий ничего не говорил. – Я запрещаю вам допрашивать Григория Зиновьева.

— А если он подозреваемый? – не сдержался Дмитрий.

Такое хамство, да еще вне обычной цепи подчинения, было чем-то совершенно несуразным.

— За Григорием Зиновьевым установлено наружное наблюдение, – отрезал полковник. – Если вас интересуют перемещения или местонахождение, то составьте список вопросов и перешлите мне.

— Но мне нужны сведения про Алену…

Договаривал Дмитрий уже в замолчавшую трубку. Секунду смотрел на нее, потом с силой впечатал в телефон. Какого черта?! Они там в обкоме совсем съехали?

— Ла-адно. Ладно. Говорите, допрашивать нельзя? Хорошо, не будем допрашивать.

Снова сорвав с телефона трубку, Дмитрий набрал внутренний номер оперы.

— Миша? Напомни, не ты ли когда-то говорил, что жена генерального любит играть? Да, которая с норками. Ага. А где она это любит, молва не говорит? Ах, говорит? Тогда давай адрес. Что? Нет, не нужны мне ее норки! И песцы тоже! Что? Ольгу с собой взять, раз уж решил выйти в общество облагороженных интеллигентных уголовников? Нет, ее там партийные испортят. Все, бывай.