Книга Люди без прошлого, страница 75 – Валерий Шарапов

Распечатали вторую бутылку, выпили. Снова становилось пасмурно на душе.

«Охоты на ведьм нам только не хватало, — подумал Болдин, — зачем я это сказал?»

Становилось неуютно. Сотрудники начинали недоверчиво поглядывать друг на друга, и с особой нелюбовью — на Болдина.

— Ну не знаю я, — раздраженно бросил Павел. — Ситуация непонятная, надо рассматривать все версии, какими бы неправдоподобными они ни казались. Давайте выпьем, — он схватился за бутылку.

— Давайте, — согласился Чекалин. — У меня даже тост имеется: за то, чтобы друзья и враги никогда не менялись местами.

До общежития пришлось тащиться пешком — хотя велик был соблазн в пьяном виде сесть за руль, да еще и товарищей развезти. Прогулка освежила голову, но утром все равно было тяжко. Пил воду, курил, таращился в ободранный потолок и впервые за всю свою жизнь возненавидел работу. Лекарство от похмелья, тем более после русской водки, еще не придумали. Сегодня воскресенье — отложилось в уголке сознания — чем не повод выйти на работу?

Пришли все, не могли не прийти — ради погибшего товарища и его жены. Надежда Яковлевна всего лишь два часа побыла вдовой.

Сновал бестелесной зыбью заглянул в кабинет майор Ваншенин, признался:

— Устал я уже от вас, мужики, требовать результат. Просто прошу — сделайте хоть что-нибудь, иначе на следующей неделе нас всех разгонят. Тех, кто выживет, разумеется.

Сестру Микульчина уже поставили в известность, обещала приехать. Ребенок находился в лагере и ни о чем не знал. До окончания последней смены оставалось несколько дней. Никто не представлял, что с этим делать. Снова позвонили из больницы — доктор Якушев растерянно сообщил, что ему очень жаль. У Константина Юрьевича были слабые шансы излечиться, но со своей болезнью он мог жить еще долгие годы. То, что произошло — просто удар ниже пояса.

Каждое последующее убийство вымывало из памяти предыдущее. Встало расследование дела семьи Герасимовых, про убийство Боброва и Таманского уже и не вспоминали.

Похмельный Ваншенин вызвал к себе Чекалина, назначил его временно исполняющим обязанности начальника отдела (кого еще, не этого же ловеласа Болдина?) и поставил в известность, что если через неделю дело останется нераскрытым, из Смоленска прибудет сводная следственная группа, заберет дело, а местных товарищей ждет вселенский позор. Одних уволят, исключат из партии, других понизят в должности без возможности последующего роста. Убийство семи человек и одна сопутствующая смерть — веское тому обоснование. И это не Москва с ее многомиллионным населением, а какой-то занюханный провинциальный городок…

На майора Ваншенина уже сейчас надавил горком. Явственно намекали: незаменимых нет. Почему на сессии областного комитета партии несколько раз звучало слово «Плиевск»? И отнюдь не в контексте вводимого в эксплуатацию санатория, а в связи с обострившейся криминогенной обстановкой.

Вновь опрашивались люди. В сквере на Кленовой действительно не за что было зацепиться. Вчера в нем отдыхали одни, сегодня — другие.

Постепенно портилась погода, похолодало на несколько градусов. Усиливался ветер, его скорость была обратно пропорциональна количеству отдыхающих в сквере. Единственная стационарная точка с видом на сквер — будка для продажи автобусных билетов. Эксперимент с компостерами уже стартовал, и одной из его жертв, видимо, стал Плиевск — не по количеству населения, а по длине маршрутных линий.