Книга Смертельный кадр, страница 67 – Валерий Шарапов

— Разумеется, нет! – Стрельчиков возмущенно фыркнул. – А теперь простите, мне пора возвращаться к жене. У нее прием таблеток строго по графику, я должен ей помочь.

— Последний вопрос. Скажите, как вы провели вечер воскресенья?

— Странный вопрос, – растерялся Стрельчиков. – Зачем вам это знать, ведь девушка умерла год назад.

— И все же попрошу вас ответить.

— Мы с женой были здесь, в поселке. Вечером к нам приходили соседи, чета Юмаевых. Они, так же как и мы, служат в театре, живут на параллельной улице.

— Как долго они у вас пробыли? – продолжал выспрашивать Савин.

— Пришли около шести, а ушли ближе к часу ночи. Мы играли в шарады, затем решили пересмотреть записи спектаклей. У нас в доме есть проектор.

— Они смогут подтвердить ваши слова?

— Разумеется, смогут. Теперь я могу идти?

— Да, конечно. Спасибо за помощь, – поблагодарил Савин.

Кивнув в знак прощания, Стрельчиков юркнул в калитку и захлопнул ее перед носом Савина. Постояв немного, Савин двинулся дальше. Следующим в списке стоял сотрудник МВД Арутюнян. Его участок располагался на улице, параллельной с той, на которой жила Катька-бобылка. Почему-то Арутюнян не попал в число тех, о ком Катька рассказала Савину, и он решил заглянуть к ней по пути и выяснить этот вопрос. Как и вчера, Катька стояла у почтового отделения и торговала яблоками. Завидев Савина, она заулыбалась.

— Что-то вы к нам зачастили, товарищ милиционер. Не иначе как глаз на меня положили, – шутливо прихорашиваясь, запела Катька.

— Ваша правда, Екатерина, – подыграл ей Савин. – Со вчерашнего дня не ем, не сплю, только о вас и думаю.

— Ах, озорник. – Катька довольно рассмеялась. – Ладно уж, льстец, за приятные слова угощу тебя яблочками.

— Яблоки – это хорошо, но мне бы парой слов перекинуться, – перейдя на серьезный тон, произнес Савин. – Не хотите пригласить меня к себе?

— Ох, капитан, подведешь ты женщину под монастырь! Пойдут сплетни по поселку, вовек не отмоюсь!

— О чем вы, Екатерина?

— Да о визитах ваших! Вчерашнего дня мне за глаза хватило. – Катька вздохнула и пояснила: – Наталья-почтальонша видела, как мы вместе уходили. Еле отбилась, объясняя, что не хахаль ты мой!

— Если в доме неудобно, можем поговорить здесь, – предложил Савин.

— Уж лучше здесь. Все равно весь поселок уже знает, что милиция дачников допрашивает. Так что будем считать, что и до меня очередь дошла. – Катька снова вздохнула. – Спрашивай, что на этот раз?

— Меня интересует Арутюнян. – Савин чуть понизил голос: – Вчера вы его упустили из вида, а мне нужно знать, чем он дышит.

— Эк на кого замахнулся! – Катька покачала головой и огляделась по сторонам. – Про Арутюняна, как про покойника, или хорошо, или ничего. Разве не знаешь, что он из ваших?

— Знаю, Екатерина, потому и спрашиваю.

— Ладно, расскажу, что могу, – подумав, произнесла Катька. – Арутюнян ваш тот еще фрукт. Служебным положением пользуется где надо и где не надо. Его в поселке все опасаются, даже шишки важные.

— Почему? Какую он над ними власть имеет?

— Никакой! Только ему на это плевать с высокой колокольни. Он в любой дом входит, дверь ногой открывая. Придет и начинает вопросами изводить: где был, что делал, кого видел, а сам глазами по сторонам рыщет, высматривает, к чему прицепиться. И ведь обязательно отыщет. Найдет и начинает: где это вы сервиз такой достали? В Москве еще не было. Или: откуда у вас колбаска премиальная, не от спекулянтов ли? Хозяин дома, чтобы от него отвязаться, и колбаску отдаст, и насчет сервиза для него договорится.