Онлайн книга «Свинцовая воля»
|
— Так-то, родной! К кому относились ее слова, было непонятно, но Ливер принял их на свой счет и вдруг громко объявил: — Ша, парни! Он ссадил со своих колен Нору, грузно поднялся, – высокий, широкоплечий, – повел вокруг суровым взглядом, и все притихли. — Наливаем, браты, по последней чарке и на этом на сегодня все. Дельце нам завтра в ночь предстоит дюже стоящее. Он немного плеснул себе в стакан и лихо опрокинул в рот, с грохотом вернул порожний стакан на стол и вновь суровым взглядом оглядел присутствующих. Дождался, когда все выпьют, потом повел своей ручищей перед собой, приглашая подвыпивших гостей угомониться, и стал внушительно говорить, клонясь туловищем над столом, упираясь широкими ладонями в его поверхность: — Слухайте сюда. Имеется у меня одна дюже интересная наколочка, птичка в клюве принесла… Тут не ко времени Рохля чему-то беспечно ухмыльнулся и потянулся за бутылкой, но Ливер так грохнул по столу кулачищем, что бутылка с водкой опрокинулась, а несколько тарелок с остатками закуски попадали на пол. Подавившись смешком, Рохля выпучил глаза, испуганно вжал голову в плечи, и другие бандиты уже притихли по-настоящему, куда-то и гонор пьяный пропал. — Удавлю, паскуды! – зловеще пообещал Ливер, не на шутку разъярившись. – Языки поотрезаю, если кто-нибудь еще пикнет! Ясно? Увидев, как дружно все, соглашаясь, замотали головами, пыл с главаря немного спал, он сел на свое место; злобно щуря колючие глаза, поминутно сжимая и разжимая короткие пальцы в кулаки, лежавшие на мокрой скатерти, начал хрипло говорить: — Свой человек из ментовки весточку мне интересную принес. На запасных путях стоит вагон из Сибири, в нем соболиные меха. Послезавтра он отбудет в город Верный на меховой комбинат в Казахстане, это возле Алма-Аты. Как вы понимаете, жизнь налаживается, и это первая партия ценных шкурок… чтобы, значит, изготовить модные дорогие шубы для биксов и других сучек. В годы войны на фабрике изготовляли тулупы, шинели, шапки, ремни, кобуры и всякую необходимую для фронта амуницию. Теперь вот хотят шить шубы… Но нам это только на руку. Вагон охраняют двое легавых, поэтому ничего сложного нет. Ментов к ногтю, ценные меха с собой – и все дела. Завтра в полночь необходимо срочно провернуть это дельце, потому как, я уже сказал, послезавтра вагон уйдет в Казахстан. Я тоже буду участвовать в налете… Надо же как-то посерьезней отметить свое поганое рождение. А потом знакомый портной еврейчик пошьет из шкурок шубы, оптом скинем, и тогда денег будет у нас много. Каждый может позволить себе побывать на Черном море. Чем не житуха, а, братуха? – Ливер, воодушевленный перспективой в ближайшее время озолотиться, порывисто обнял Веретено и так прижал его к себе, что тот сдавленно захрипел, испуганно вылупив мутные от алкоголя глаза. Затем резко оттолкнул его и всем корпусом повернулся вбок, ища повеселевшим взглядом любовницу. – Норка! – с ухмылкой крикнул Ливер, – слышь, дура, я тогда к твоим прекрасным ногам хоть пять шуб брошу, а не как тут Илюха подумал об этих чертовых цацках. Дешевка ты, раз их носишь. — Вань, ты чего говоришь? – залепетала девушка, подошла и опустилась перед ним на колени, поймала его руку и прижала к своей маленькой острой груди. – Я же люблю тебя… – и произнесла еще что-то невнятное, но Илье показалось, что она сказала «сволочь неблагодарная». |