Книга Лето горячих дел, страница 89 – Валерий Шарапов

Девицу тут же распяли на траве и приступили к действию. Фомин отказался принимать участие в спонтанной акции – он намеревался пойти в гости к Кате, которую периодически навещал. До утра.

Он рассказал Катерине историю про девушку Габию.

— Ну что ей было надо от жизни?! Симпатичная деваха, вышла бы замуж, родила ребенка и жила бы спокойно.

Катя, немного подумав, ответила:

— Это бывает, когда в личных невзгодах винишь всех подряд, кроме себя. Жила и воспитывалась в богатой семье, что до немцев, что при немцах. Ее не затронула война. А пришли русские, и раз – все благополучие испарилось. Вместо того чтобы приспособиться к новой жизни – а стартовые позиции у нее хорошие, – начала мстить, даже не мстить, месть для нее вторична, а продолжать жить на широкую ногу: видишь, ресторан постоянно посещает, красуется, одевается богато. А что с бандитами связалась, – так деньги не пахнут. Загубленные жизни ее мало интересуют. Если бы ее в концлагерь на месяц, то радовалась бы куску хлеба с маслом, да просто куску хлеба – какие там рестораны.

— Ничего. У нее все впереди – попадет не в концлагерь, так в ГУЛАГ. Там тоже быстро мозги вправляют, – сказал Фомин и внезапно добавил: – А может, ко мне в Москву переедешь? Я неженатый. Свадьбу сыграем.

Он вдруг понял, что ему в Кате нравится все: лицо, фигура, волосы, как она поправляет платье, как машет руками при ходьбе…

— Я подумаю, – ответила девушка.

Она ничуть не шутила, говорила всерьез, но вдруг рассмеялась.

— Так кто из вас был сладкой приманкой?

— Оба, – немного подумав, ответил Фомин и тоже засмеялся.

Осень все больше набирала обороты. С деревьев падали желтые листья, а при ветре летели, как мотыльки. Начались мелкие затяжные дожди. Начали топить печи, благо в лесу проблем с дровами не было. Циценас с Фоминым поселились в маленькой только что срубленной избушке и не особо страдали от непогоды, но хотелось домой, в Москву.

— Ну что, последняя гастроль, и до дома? – сказал Циценас, греющий спину возле печки.

— Это смотря как понимать слово «последняя». Можно до дома, а можно и до домовины.

Фомин криво усмехнулся. Накануне его вызвал к себе Ворон и с недовольной гримасой сообщил, что пришла депеша от Волошина и напарников отзывают к постоянному месту службы.

— Всегда готовы, – гаркнул Фомин и вскинул руку в пионерском салюте.

— Но у меня будет просьба, – продолжил Ворон, вновь скроив гримасу, но на сей раз просительную. – Тут еще одна бандитская группа образовалась. Небольшая, но гадит сильно. Возьми ее на себя, задержитесь на два-три дня. С Валерой я договорился. Личный состав сам подберешь по количеству и по качеству.

Фомин согласился, зная, что Циценас один не поедет. Ворон стал излагать исходные данные.

— Они оперируют в районе «Нового Амстердама», не острова, конечно, но где-то там гнездо свили. Скорее всего, недалеко от дороги, – вряд ли в чащу залезли, да еще в такую погоду. Не исключено, что те самые, которые пробились через заслон. Сделаешь дело, устроим маленький банкет, а потом отправим вас в Москву. На самолете – мы с Валерой все согласовали.

Поехали вокруг леса, потом по лесной дороге к поселку, что возле болота. Фомин отыскал администратора, или председателя сельсовета, то есть главного в поселке, бородатого дедка преклонного возраста. Тот узнал Михаила.