Книга Лето горячих дел, страница 102 – Валерий Шарапов

Арестованный замешкался, но быстро пришел в себя, состроил амбициозную гримасу и процедил сквозь зубы:

— Я требую присутствия консула посольства Британии. Иначе отвечать на вопросы отказываюсь. Да кто вы такие?!

— Главное управление по борьбе с бандитизмом, ГУББ если коротко, – пояснил Слепцов.

— Я не бандит, я дипломат! – воскликнул арестованный.

— Бывает, что эти профессии совмещают, – пояснил Слепцов менторским тоном. – И пристегивают к этой совокупности профессию террориста.

Комов, сидящий в углу камеры, отвернулся, едва сдерживая смех, а Слепцов тем временем продолжил:

— А в наши задачи входит борьба с террористами, их пособниками, в том числе с сотрудниками иностранных разведок. Вы тоже совмещаете роль дипломата с амплуа разведчика? Кому служите, МИ‐5, МИ‐6 ^[15]? Или вы все там такие в вашем посольстве?

Комов решил прервать эту затянувшуюся следственную комедию. Он подошел к англичанину и коротко ударил его в челюсть. Тот слетел с табуретки и остался сидеть, упершись спиной в стену и широко разбросав ноги. Но сознание не потерял.

— Вы не имеете права так вести себя с сотрудниками иностранного посольства. Это варварство, – прохрипел арестованный.

Комов терпеть не мог англосаксов, насмотрелся на них в Берлине.

«Союзники долбаные с постоянной фигой в кармане».

Поэтому ему нравилось их унижать, не столько физически, сколько морально.

— Клиент с первого раза не понял, – сказал Комов, повернувшись к Слепцову. – Да, скифы мы, да, азиаты мы, а вы несете бремя белых. А донесешь ли?

Он схватил англичанина за грудки, приподнял и от души ткнул его кулаком под дых. Тот скрючился, а Комов занес кулак для следующего удара.

— Говорить будешь, сука?

— Буду, – пролепетал англичанин.

— Вот и хорошо. – Комов брезгливо похлопал рука об руку, как будто стряхивая пыль. – А то у меня кулак устанет и начнет промахиваться – то в глаз тебе попадет, то по носу. И куда ты с такой рожей?

Он намеренно перешел на «ты», что для англичанина не имело никакого значения. Тем временем Слепцов включил стоящий на столе магнитофон, чудо немецких технологий.

— Фамилия, имя, отчество.

— Стив Грант.

— Должность понятно где.

— Второй секретарь посольства.

— Давно работаешь?

— Семь лет.

— А до тебя кто был?

— Генри Морган.

— Ого! – Слепцов хмыкнул. – Не потомок ли известного пирата?

— Нет.

Стив не понял юмора, а может, просто не знал про пирата Моргана, книг мало читал.

— Вы встречались с Вячеславом Когановым, комиссаром госбезопасности, на Крымской набережной два дня назад?

Слепцов приступил к основной фазе допроса. Шутки кончились.

— Встречался. А разве это запрещено?

Англичанин недоуменно пожал плечами.

— У вас, может быть, и разрешено, а комиссару Коганову запрещено. У вас ведь была неофициальная встреча? Ведь так?

Стив промолчал в ответ.

— Можешь не отвечать – и так понятно, – резюмировал Слепцов.

«Знает ведь все, сволочь! Опять завилял», – подумал Комов.

— А в чем заключалось содержание вашей беседы?

— Мы согласовывали совместные действия.

— Какие еще действия, какие у вас могут быть совместные действия? – Слепцов удивленно вздернул брови. – Будущие диверсии, теракты и сколько за них заплатят? Это вы обсуждали?

Англичанин молчал, но заговорил Комов.

— Послушай-ка, лимонник. Если ты продолжишь кривляться, то мы из тебя все жилы с кишками вытянем. Все равно все расскажешь. А потом твой трупик зароем в лесах Подмосковья. Знаешь песенку: «И никто не узнает, где могилка моя»? Пошел в театр с любовницей и пропал. Скорее всего, подумают, что у нее задержался и забылся за половыми упражнениями. Недельку подождут, а потом начнут искать. Естественно, не найдут, и дело повиснет навечно. Давай выкладывай все как на духу.