Книга Цвет зависти, страница 68 – Валерий Шарапов

— К вам, Софья, – старший лейтенант снова махнул «корочками». – Милиция.

Студентка зевнула.

— А что случилось-то?

— Ну, может, не будем в дверях говорить?

Она пожала плечами:

— Ну, заходите. Только здесь не прибрано.

— Ничего, и не такое видал.

Оперативник вошел в комнату. Здесь и правда царил беспорядок: книжки, тетради и одежда были разбросаны.

— Ну так что? – повторила вопрос Соня, усевшись на кровать.

— Меня, Соня, интересует ваша подруга, Алла Селиванова.

— Алка? – Она снова зевнула. – Натворила что-то?

— Почему сразу натворила?

— Потому что она та еще любительница искать на одно место приключения.

— Ну, она же не бабушка, чтобы в четырех стенах безвылазно сидеть.

— Да я тоже. Но я-то не нарываюсь.

— На что именно.

Следующие минут десять или даже чуть больше Вадим выслушал некоторые подробности личной жизни младшей Селивановой. Что у нее сомнительные дружки, что она курит и выпивает с ними, что в милицию даже попадала из-за каких-то пьяных историй. «М-да, – оценил Куликов. – И это говорит подруга».

— Я ей сколько раз говорила, – продолжала рассказ Соня, – на кой черт тебе эта уголовная шантрапа? Вон сколько интересных и клевых ребят. А она с этими придурками. Хотя сама девчонка-то хорошая. Правда, нос иногда задирать любит.

— Что, у Аллы и правда дружки уголовники?

— Ну, точно я не знаю, но уж очень сильно смахивают. Я просто знаю, в нашем городе похожие чудики по соседству живут.

— Понятно.

— Ну так что случилось-то? Из-за чего вы Алку ищете?

Старший лейтенант повесил девушке на уши ту же лапшу, что и Нине. Но студентка, будучи еще в немного сонном состоянии, похоже, поверила. А может, ей было все равно.

— Если ее здесь нет, наверно, опять к своим этим дружкам потащилась.

— А куда, не знаете?

— Да не очень далеко. В сквере, примерно через два или три квартала отсюда. Либо где-то в тех же местах.

— А она давно приехала?

— Так она никуда и не уезжала. Все лето здесь отиралась после сессии. Я знаю, потому что я как раз устроилась работать на лето и постоянно ее видела.

— Ну, у Аллы же недавно родных убили.

— Знаю я. Алка рассказывала. Только, знаете, между нами. – Соня понизила голос. – Мне показалось, что она не сильно переживает из-за этого. Или вообще не переживает.

— Почему? Она своих родных не любила?

— Да у них там какие-то сложные отношения были. Алка ведь мало о родных рассказывала. Я знаю, что у нее мать в Ковылине. А вот отец… Алка о нем как-то не очень хорошо отозвалась, было дело. Назвала его то ли скрягой, то ли собакой на сене. Как-то так.

— Он ей денег не давал?

— Как я поняла, нет. Хотя странно. Мне родители, конечно, тоже каждый день почтовые переводы не шлют, но постоянно что-то передают или привозят. А Алке, по-моему, только что-то там мать присылала. Ну, или, может, дружки эти ее ей что-то подкидывали.

— Она не работала этим летом, как вы?

— Нет. Хотя, – девушка усмехнулась, – как-то соврала, что работает. Ребята какие-то на улице подошли познакомиться, когда мы гуляли. Ну, Алка им навешала лапши на уши. Я ей потому говорю: чего ты врешь? Она отмахнулась, мол, какая разница? Проверять же не будут.

— Ну да, если ребята не из милиции были, – усмехнулся оперативник.

— Вот-вот.

— Соня, а вы не помните, восьмого и пятого вы Аллу не видели? Ну, где-нибудь здесь, поблизости, в районе общаги.