Книга Цвет зависти, страница 43 – Валерий Шарапов

— Ищем. Я, собственно, вот о чем хотел спросить: у вас в отделе метрологии была история с кражей инструментов.

— Тоже слышал. Но говорят, поймали того стервеца, кто крал.

— Поймали. Но, некоторые ваши бывшие коллеги сомневаются, что это он воровал.

— Небось, на Олежку покойного грешат? – усмехнулся Терещенко.

— Откуда знаете?

Мужчина немного помолчал, потом немного подкрутил кран.

— Всё, пусть поливается, – сказал он, не ответив на вопрос. – Давайте в дом зайдем.

Шумов проследовал за ним в дачный домик. На крохотной кухоньке хозяин предложил ему присесть.

— Знаете, почему я оттуда уволился? – спросил он.

— На пенсию спровадили, – не задумываясь, ответил лейтенант.

— Вот именно, что спровадили. Но, честно вам скажу, я и сам уже хотел уйти. Олег ведь сам по себе не такой уж плохой человек был. Но деньги и пьянство его портили. Я ему пытался объяснить и на правах заместителя, и старшего товарища, да и просто чисто по-человечески. Все без толку.

— У вас конфликт вышел, – догадался Женя.

— Ну, не то чтобы… – Сергей Сергеевич вздохнул и сложил руки на столе. – Мухлевать они стали вместе со старшим братом. Игорек в свое время тоже у нас, в метрологии, начинал. Оттуда и выбился на самые верхи. Не понимаю, чего им не хватало. Вроде все было: и квартиры от завода получили, и не бедствовали. Но ведь нет, потянуло на дела неправедные.

— То есть и при вас что-то такое было?

— Было. То, что металл таскали, – это всегда было, сколько я на «Молоте» работал. И по-мелкому, и по-крупному. Самый такой… значимый случай был лет пятнадцать назад. Тогда кладовщицу еще посадили за цветмет. А Олег со своим братцем дальше замахнулись.

— Инструменты?

— Ладно, если бы только инструменты. Приборы, которые завод делал, начали продавать непонятно кому.

— И что же, никто не сообщал, не жаловался?

— Ну почему же? Жаловались. И я в том числе. Да толку-то? Ну, приехали, ну, проверили. А там всё в порядке. У Игорька ведь тоже связи были. Не у вас, в милиции… хотя, может, и у вас. Но он многих чиновников и партийных шишек знал. Помогали ему, не иначе.

— Сергей Сергеевич, а это не вы писали анонимки? – напрямую спросил оперативник, решив не ходить вокруг да около.

— Да даже если и я, – не стал отпираться старик и грустно улыбнулся. – Какой толк, если все это так в воздухе и повисло.

Он встал, достал из тумбочки две пузатые рюмки и бутылку из-под водки с темно-бордовой жидкостью. Потом подвинул миску с абрикосами.

— Настойка моя, на ягодках, – пояснил Терещенко, – собственного изготовления.

Он наполнил рюмки. Шумов не хотел пить, к тому же и натощак, но понимал, что сейчас придется. Потому что надо.

— Ваше здоровье, – сказал он.

— Будьте здоровы, товарищ лейтенант.

Настойка оказалась крепкой, но приятной на вкус.

— Вот поэтому, – продолжал мужчина, – я и ушел. Высказал Олегу в очередной раз, а тот то ли с похмелья был, то ли просто не в настроении. Ну и сказал, мол, Сергеич, не нравится – тебя тут никто не держит. Я и не стал спорить. Все равно уже свое отработал, а в таком бедламе дальше что-то делать уже просто совесть не позволяла.

— Ну, теперь это точно все наружу вылезет, – заметил лейтенант и взял из миски абрикос. – Селивановых, правда, нет.

— Зато другие есть.

— И кто же?

Женя понял, что приехал не зря. Как и не напрасно не отказался от выпивки. Терещенко хоть тоже не знал всех подробностей, но поведал, кто был причастен или в курсе. Последних, к слову, было не так уж много. Что, впрочем, было неудивительно. Если бы о подобных делишках знал весь завод, все бы давно уже выплыло наружу и братьями Селивановыми ОБХСС занялся бы гораздо раньше и более успешно.