Книга Холодный пляж, страница 49 – Валерий Шарапов

— Эта свидетельница? – показал майор за спину.

Людмила потупилась, ковыряя вздутый линолеум носком «лодочки».

— Эта, – кивнул дежурный и, вдруг переменившись в лице, заалел: – А почему она… Как? Вы ее поймали?

— Поймал, – похвалился Андрей. – Убежала почти до канадской границы. Отменяйте тревогу, старлей, свидетельница вернулась и готова помогать следствию.

Дежурный схватился за телефон, стал накручивать диск. На Людмилу косились, удивлялись. Вчера она выглядела иначе. А сегодня… Дежурный высовывался из будки, пока они поднимались по лестнице, и едва не заработал защемление позвоночника. Андрей с усилием сохранял серьезный вид. В предстоящей работе не было ничего смешного. А если вспомнить ночной инцидент, то вообще все грустно.

— Безобразие! – возмущался Мелентьев. – Это что за «свободное посещение»? Радуйтесь, Людмила Геннадьевна, что вас не успели объявить во всесоюзный розыск! Ладно, не буду спрашивать, где вы ее нашли, Андрей Николаевич, но постарайтесь сделать все, чтобы такое не повторялось.

Он приставил к беглянке дежурного милиционера и отвел Андрея в сторону:

— Слушай, Андрей Николаевич, поводи ее по городу, а?

— Но вы же понимаете, Василий Федорович, что это то же самое, что искать игол…

— Да понимаю я, – поморщился подполковник. – Шансы средние, но должна быть от нее хоть какая-то отдача? Дело – полный тухляк, нет ни следов, ни зацепок. Убивец может проживать где угодно, не факт, что он прописан в Паланге. Но что нам остается? Если у тебя есть другой план, давай, выполняй. Но нет же? Вижу по глазам. Дай поручения операм, пусть копают, а сам поводи: от тебя не убудет. Работка, согласись, не пыльная, – в глазах подполковника мелькнуло что-то юмористическое. – В общем, сам решай, ты из Москвы, тебе виднее.

В кабинете оперативников была душегубка. В глазах Нины Витальевны, устремленных на Светлова, отчетливо читался вопрос: раздеться, что ли?

— Слушайте, у вас отпуска бывают? – спросил Андрей, пристраиваясь поближе к вентилятору.

— А как же, – отозвался протирающий очки Аристов. – Все как положено по трудовому законодательству, четыре рабочие недели.

— И куда вы ездите? К Ледовитому океану?

— Да это лишь два месяца так, – объяснил «поручик» Голицын. – В остальное время все хорошо. В мае и сентябре выше тридцати не поднимается, зимой вообще холодина – плюс десять-пятнадцать. А в свой последний отпуск я ездил на озера в Карелию – вполне прилично, кстати, отдохнул с удочкой в обнимку.

— А я на Камчатку ездил, – сообщил Аристов, водружая на нос переклеенные изолентой очки. – А то как же – жизнь прожить и не увидеть вулкан?

— А я спала, – поведала Елисеева. – Ела и спала, ела и спала. А еще на море ходила. А то представьте, жить рядом с морем – и вообще туда не ходить.

— У москвичей такие же болезни, – улыбнулся Андрей. – Месяцами живут в непрестанной беготне, а где-то рядом Красная площадь. Приходят туда только на демонстрацию.

— Кстати, видели нашу пропавшую свидетельницу? – подал голос Шура Хижняк. – Я ее, честно говоря, не узнал. Такая цаца…

— И с чего бы? – Капитан Пещерник задумчиво воззрился на московского коллегу: – Кто-то из нас, не будем показывать пальцем, взял над ней шефство?

— Даже не продолжай, Алексей Григорьевич, – Светлов нахмурился. Впрочем, все уже похихикали. – Нет смысла зубоскалить над тем, чего нет. Судя по вашему благодушному настроению, ночь прошла спокойно, банда на тропу не выходила. Что по сводке?