Онлайн книга «Холодный пляж»
|
— Хорошо, Людмила, сегодня можете переночевать здесь, в доме есть кровать. Я лягу на веранде, ночи, слава богу, теплые. Продукты купить не догадались? — Догадалась… Но не купила. Заглянула в гастроном, прежде чем войти в частный сектор. Но там совершенно нечего взять. Даже то, что было, в течение дня расхватали отдыхающие, остались только соки, солянка и кабачковая икра… — Ладно, не продолжайте. Берите вот эти две сетки и несите на кухню. Скоро согреется вода в ведре – хватит на готовку и мытье. Умеете кашеварить? — Да, я дома постоянно готовлю, а то моя мама вечно все пересаливает… Спасибо огромное, Андрей Николаевич… – Людмила с радостью вскочила, стала поднимать тяжелые авоськи. Ох, уж это женское бессилие… Он отобрал у нее продукты, сам отнес на кухню, после чего вернулся на веранду. Сел на софу, закурил, задумался. Нянька из него никудышная, и что теперь делать с этой приблудной? Из дома доносились разные звуки. Людмила готовила ужин, попутно бегала по комнатам, раскладывала свои вещи. Становилось тревожно – вроде не кот, а территорию метит. Он закурил, сделал попытку абстрагироваться. Частный сектор погружался в безмолвие. К ночи усилился ветер, колыхались ветки за окнами веранды. Фонарь на дороге разбрызгивал дрожащий свет. Старая блатная песня включилась в голове: «Ночь надвигается, фонарь качается…» У Раисы Григорьевны и Анатолия Ивановича за окнами поблескивал мутный свет. Люди на юге ложатся рано, но это правило относится не ко всем… Он вернулся в дом, заперся. Проверил заднюю дверь – крючок в скобе. Людмила переоделась в халат, бегала по дому, что-то напевала. Уже помылась, и чистые волосы торчали дыбом. На плите тушилась картошка с говядиной, от сковородки исходили неплохие ароматы. Становилось по-домашнему уютно, что вызывало большие вопросы. — Садитесь за стол, Андрей Николаевич, – объявила Людмила. – Кушать подано, как говорится, садитесь… — Жрать, – проворчал Андрей, прошел к окнам и задернул занавески. – На будущее, Людмила, – сохраняйте по возможности режим тишины. В противном случае нас обоих вышвырнут на улицу. Одно из условий моего вселения в этот дом – никого не приводить. — Так вы никого и не приводили, – удивилась Людмила. – Я сама пришла. «За что мне все это?» – мысленно взмолился майор. Людмила навалила полную тарелку, себе – вдвое меньше. Он ел с жадностью, запивал горячим чаем, старался помалкивать. Людмила тоже ела, искоса поглядывала на него. — Вы женаты, Андрей Николаевич? – спросила девушка, застенчиво потупив взор. — Да. — Неправда, – возмутилась она. – У вас нет кольца и взгляд не такой затравленный, как у женатых мужчин. Андрей поперхнулся. Людмила вскочила, похлопала его по спине, потом вернулась на место. — А вы специалистка… — Нет, но я немного наблюдательная… — Почему тогда не можете описать лицо преступника – раз наблюдательная? — Ну, знаете, это разные вещи! Ой, простите, – она понизила голос. – Я вижу его лицо перед собой так же, как вижу вас, но не могу его описать. Это просто проклятье какое-то… Я вкусно приготовила, Андрей Николаевич? — Нормально. – Он доел, сгреб хлебной коркой с тарелки остатки еды, отправил в рот. — Еще положить? – девушка со щенячьей преданностью смотрела ему в рот. Все это было забавно и смешно, но нравилось все меньше. |