Книга Смерть под куранты, страница 25 – Валерий Шарапов

— И что, выиграл?

— Нет, проиграл. Крови много было, хотя попробовали только с одной стороны, фотографию залило, короче, в травмпункт пришлось бежать.

— Когда это было, что за вечеринка?

— В одной компании, ты этих людей не знаешь, полгода назад, примерно дело было.

— Ты был с женой?

— Нет, она не пошла на ту вечеринку, приболела малость.

Стас не знал, верить услышанному или нет, но решил времени на размышления не терять. Хрустнув пальцами, продолжил рассуждать вслух:

— Итак, кому могли понадобиться негативы уже сделанных фотографий? Либо кто-то хотел скрыть свой интерес к той или иной фотке, надеясь потом напечатать снимок для себя втайне от всех. Скажем, какой-нибудь сердечный интерес имеется у тайного воздыхателя. Либо… И это самое интересное… Фотки напечатаны не все, и среди негативов есть те, с которых снимки не напечатаны. И тот, кто их украл, знал об этом.

Фотограф помолчал, осмысливая услышанное, потом сказал:

— Я как-то не подумал о такой версии. Возможно, я и не напечатал что-то. Есть откровенно неудачные снимки. Ну, там, если человек моргнул или резкость подкачала, не в фокусе объект оказался, опять же.

— Но такие негативы ты вряд ли сохраняешь. Зачем тебе они?

— Совершенно верно, уничтожаю без сожаления.

— Вот именно. Так что остается второй вариант. Снимок сделан качественно, резко, контрастно… Но по какой-то причине не напечатан. Такое возможно?

— Почему бы и нет? – растерянно протянул Лёвик, поправляя очки. – Я мог и пропустить что-то. Я же не компьютер.

— Ты, конечно, уловил момент, когда за просмотром фотографий кто-то пнул Валентину под столом, чтобы та не распространялась?

— Извини. – Лёвик прищурился, словно у него на секунду расфокусировалось зрение. – Не понимаю, о чем ты. Ничего такого я не помню. Возможно, фотографировал как раз в этот момент.

От мысли, которая пришла внезапно в голову, Стас, разгуливавший по комнате, налетел на спинку кровати.

— Кстати, ты пленку еще не проявлял? Ну, ту, что нащелкал уже здесь. Она еще в фотоаппарате?

— Разумеется, там еще кадров десять осталось чистых, жалко…

— Ты что, собираешься еще что-то фотографировать?

Лёвик поправил очки, потом сцепил руки в замок. Через несколько секунд покачал головой:

— Ты сам сказал, надо мертвую Лену… сфотографировать. А так… снимать больше нечего, значит, надо проявить пленку и напечатать. Я как-то не подумал об этом.

— Теперь слушай внимательно. – Стас присел на корточки перед фотографом и взял его за плечи. – Сфоткай труп Лены и прояви. Но чтобы ни одна живая душа не узнала, что ты проявляешь пленку, отснятую на Новый год. Ты отвечаешь головой за эту пленку! Продумай, как незаметно проявить, закрепить и высушить. Усек?

Лёвик послушно кивнул.

Стасу стало немного жаль Игнатенко, следовало закончить разговор на более позитивной ноте.

— Когда ты обнаружил пропажу негативов?

— Уже после того, как Лену… Но украсть можно было когда угодно. Хоть час назад. Нас с Жанкой не было в комнате.

— Больше у тебя нет для меня никакой информации? – спросил Стас, уже собравшись уходить.

Лёвик вскинул руки, останавливая бывшего одноклассника:

— Есть, Стас! Раз уж ты попросил меня… Прошу, разреши забрать шприц. Жанка обнаружит пропажу, это будет такая истерика – мама не горюй!