Книга Смерть под куранты, страница 16 – Валерий Шарапов

Когда он вошел в гостиную, камин почти потух, за столом, кроме Лены Седых, никого не было. Антон с Милой суетились на кухне.

Стас решил не терять зря времени и подсел к той, что сидела за столом.

— Ленок, привет, как голова?

Учительница удивленно взглянула на бывшего одноклассника:

— Знаешь, впервые после укольчика легче не стало, прямо не знаю, что такое… А что?

— Слушай, – внимательно глядя на входную дверь, Стас выдал скороговоркой, – твоего мужа действительно часто не бывает дома?

— С чего ты взял? – напряглась учительница. – И вообще, что за клевета, прекрати партизанить!

— Это любопытство, не более, – как можно дружелюбнее заметил Стас. – Просто он направо и налево треплет, что мотается по области по заданиям редакции. Это действительно так?

По тому, как Лена нахмурила брови, он понял, что задел ее за живое.

— Было когда-то… Может, раза два. Лет пять назад. Я почему запомнила, в тот год мою маму как раз прооперировали в Горьком. У нее порок сердца был тяжелый. Тогда он, кажется, и ездил, до сих пор хвастается. Балабол, короче.

Боковым зрением Пинкертон уловил, как по лестнице спускаются Лёвик с его супругой. Валентина смотрела на них с Леной во все глаза, а фотограф что-то говорил без умолку.

«Ничего, с женой я как-нибудь объяснюсь, вот с мужем Лены это сделать будет в сто раз сложнее», – подумал он и поспешил вернуться на свое законное место за столом.

Ровно за секунду до того, как открылась входная дверь и на пороге появился накурившийся Макс, Стас вернулся на свое место.

— Вовремя, молодец, – услышал он голос вернувшейся супруги. – Еще бы какая-то пара секунд, и спалился бы. Так о чем ты с Ленкой накоротке успел перетереть? Или это тайна за семью печатями?

Стасу не понравилась интонация Валентины, и он огрызнулся:

— О том же, о чем и ты минут десять назад на балконе.

— У, как все запущено-то! – протянула супруга, прихлебывая клюквенный морс из высокого стакана. – Представь, что будет, если я во все тайны своих пациенток буду посвящать тебя, своего мужа. Ты выдержишь?

— Ты хочешь сказать, что с Лёвиком трепалась о чем-то женском? С каких это пор?! Мне кажется, то, что я услышал на балкончике, не является тайной одной пациентки, оно выходит за рамки дозволенного. В воздухе витает что-то очень нехорошее, у меня такое предчувствие.

Валентина взглянула на мужа, сделала несколько щелчков пальцами перед самым его носом.

— Э, Стасик, ты адекватен? Не пугай меня. Прекрати наводить тень на плетень! Скоро наш выход, а ты еще не перевоплотился в Деда Мороза!

— Какие, к чертям, Деды Морозы, когда такое творится?! – вспылил Стас. – Что произошло, пока мы с Максом…

— За то время, пока ты отсутствовал, – начала методично объяснять супруга, – произошло столько, что хватит на небольшой роман. Расслабься! На балкончике Лёвика не было! Не хочешь говорить, о чем ворковал с Ленкой, – не говори, мне по барабану.

— А мне нет, – зло заметил Стас.

— Кстати, ты видел шрам на ухе у Лёвика, – неожиданно сменила тему жена. – Очень интересный рубец, как оперирующий доктор тебе скажу.

— Видел, – соврал Стас, – но значения этому не придал.

— Именно об этом рубце мы и беседовали с ним, спускаясь по лестнице, если тебя это интересует. Он скрывает истинную причину его получения. Спрашивается почему?