Книга Опер с особым чутьем, страница 10 – Валерий Шарапов

— Добрый день, Павел Андреевич, – поздоровался Куренной. – Если вам интересно, это был майор Скобарь Юрий Евдокимович, начальник районного отдела РКМ. Вы воды в рот набрали, Павел Андреевич?

— Еще не понял, интересно ли это мне, – отозвался Горин. – Доброе утро, Вадим Михайлович. И вам, товарищ Латышева.

Он неплохо себя чувствовал. Тело слушалось, головная боль забралась в закуток черепа и закрыла дверцу. Можно и на эшафот, или куда там начертано… Куренной кивнул на табурет, Горин сел. Начальник уголовного розыска был снова не в духе. Он казался каким-то обескураженным и всячески старался это скрыть.

— Есть новости, – неохотно объявил Куренной. – Пришел ответ на запрос. Вы именно тот, за кого себя выдаете.

— Для меня это не новости, – пожал плечами Павел. – Хотя для вас – не знаю.

По губам женщины пробежала усмешка. Куренной нахмурился.

— Давайте без иронии, гражданин Горин. Вы не в том заведении, где это приветствуется. Информация подтвердилась – и о службе в Красной армии, и о довоенной работе в уголовном розыске. В принципе мы не имеем права вас задерживать. – Куренной положил на стол паспорт в знакомой обложке.

— Аллилуйя… – прошептала Кира.

— То есть вы держали меня в камере двое суток только затем, чтобы выяснить, что мой паспорт не поддельный?

— Отчего же, мы получили о вас все необходимые сведения. Есть претензии? – Куренной свел в кучку мохнатые брови. – Вы просидели на казенном довольствии всего лишь двое суток – и чем-то недовольны?

— Никаких претензий, капитан. Так я пошел?

— Обрадовался, – хмыкнула Кира. – А поговорить?

— Говорите, – пожал плечами Горин. – Предлагаете устроиться к вам на работу?

Шутка понравилась, оперативники заулыбались.

— Что там у тебя в Новгороде произошло, Горин? – Куренной опять перешел на «ты» – очевидно, так было привычнее. – К ответу на запрос присовокупили нелестную для тебя информацию. Ты дебошир? Или скрытый антисоветчик – унижаешь действием представителей нашей власти?

Павел колебался, не хотелось откровенничать, особенно с этими людьми. Но их компания могла качественно отравить жизнь. Помявшись, он объяснил причину своего неподобающего поведения в древнем граде Новгороде, а также почему пришлось оттуда выезжать.

— Он просто хулиган, – сделала вывод Кира, – готовый антиобщественный элемент. Еще и эгоист, ставит свои мещанские нужды выше партийной линии.

Очевидно, она шутила, хотя при этом не улыбалась.

— Значит, ты у нас герой, – с растяжкой произнес капитан, – имеешь боевые заслуги, правительственные награды. Обидчикам не спускаешь унижения – вне зависимости от занимаемых ими постов. Опять же, той ночью – едва услышал выстрелы – сразу побежал на помощь. Есть убедительная причина, почему ты в поздний час оказался в том районе? Давай начистоту, Горин, версия с прогулкой нас не устраивает. Тебя не обвиняют в сообщничестве, но факт подозрительный, согласись.

Павел насупился. Какое дело местечковым ментам до его личной жизни? Обсмеют – даже если поверят. Они разглядывали его с жадным интересом. Воистину, им больше заняться нечем?! Он повествовал сжато, лаконичными оборотами – словно делал одолжение. Куренной пару раз ухмыльнулся, но язвить не стал. Кира тоже молчала, играла с кольцом на цепочке, пристегнутой к брюкам.