Книга Мелодия убийства, страница 80 – Валерий Шарапов

В этот момент раздался чей-то крик. Его неприятели как будто отступили, и вскоре сквозь уже отекшие от побоев веки Никита увидел своего спасителя. Темноволосый капитан стоял поблизости и держал за шиворот Гуньку и Шкарняка. Маврышка корчился на земле, держась за скрюченную руку.

— Сука ментовская! Ты мне руку сломал и зуб выбил, – шепелявя, визжал Маврышка дрожащими зубами. – Теперь живи и оглядывайся, я тебе, суку, попишу, дай только срок.

Капитан же в ответ только улыбнулся.

— Подрасти сначала, карапуз, а потом уж будешь мне грозить. Я тебя, гаденыша, запомнил. Еще раз мне на глаза попадешься, я тебя в спецприемник определю, таким выродкам среди нормальных людей делать нечего.

Сказав это, капитан отшвырнул Шкарняка, дал под задницу Гуньке и помог Никите встать.

— Сам идти можешь? – Никита закивал. – Сейчас я тебя до больницы провожу, медицинская помощь тебе явно не помешает.

— А он? – с дрожью в голосе поинтересовался Никита, не выпуская из рук все еще скулящего щенка.

— И его к ветеринару доставим! Ты же, как я понял, на Полтавской живешь?

— На Полтавской, дом номер пять.

— Вот и хорошо. Буду теперь за тобой приглядывать, я ваш новый участковый, так что не дрейфь, малой! Есть у тебя теперь защитник.

Капитан улыбнулся и взъерошил Никите волосы.

Никита улыбнулся в ответ. В тот день он зарекся, что никогда больше не станет трусить и обязательно будет служить в милиции.

Закончив с захоронением Пирата, Никита наконец-то поднялся на крыльцо и отпер дверь ключом, который достал из-за дверного косяка. Войдя в дом, закрыл за собой дверь, выпрямился и расправил плечи. Вступительная часть операции окончилась, и Никита вздохнул с облегчением, хотя и понимал, что самое сложное еще впереди.

Он поставил к стене клюку. Огляделся и вдруг почувствовал, что чертовски голоден. Когда они с Зубковым разрабатывали план операции, почему-то ни тот, ни другой не подумал, что Никите, возможно, придется провести здесь не один и не два дня. Вот черт, а есть-то как хочется. Никита, недолго думая, решил осмотреть дом Щукина на предмет съестного. Хлеб, кусок сала, в погребе был ларь с картошкой, Никита ликовал.

Спустя час он уже сидел за столом и с аппетитом уплетал жаренную на плитке картошку и пусть и заветренное, но все же вполне приличное сало с луком и хлебом. Как только он закончил трапезу и убрал со стола, лег и, откинув все тревожащие его мысли, почти сразу уснул.

На следующее утро Никита проснулся рано, умылся, позавтракал и долгое время не знал, чем себя занять. Время тянулось медленно, и, чтобы хоть как-то его скоротать, Никита заглянул в один из шкафов, нашел там книжку про пчеловодство и, начав ее читать, узнал, что, помимо меда, пчелы дают еще много полезных продуктов, таких как прополис, воск и пчелиный яд. Когда Никита перевернул десятую страницу, с улицы донесся возглас:

— Сосед! Ты дома? Это я, Глафира Ничипоренко… соседка твоя. Мне сказали, что выписали тебя. Тебе молочка козьего не надо? Вкусное молочко… парное.

Никита вздрогнул. Началось. Помня о том, что соседи не должны ничего знать про подлог, Никита открыл окно. У калитки стояла грудастая баба лет тридцати в стеганой фуфайке и с крынкой в руке. Никита что-то невнятно пробормотал и замахал рукой, тем временем второй прикрывая рот.