Книга Мелодия убийства, страница 29 – Валерий Шарапов

Так же как и в случае с администратором, Зверев что-то пробурчал про то, что следствие ведется, и, сославшись на спешное дело, сумел избавиться от назойливых собеседниц, извинился и быстрым шагом вышел с территории, прилегающей к «Эльбрусу». Пройдя пару километров, Зверев остановился у табачного киоска, купил свои излюбленные папиросы «Герцеговина Флор» и наконец-то отыскал закусочную, где, по словам одного из прохожих, торговали местной выпечкой. Войдя в помещение, Зверев тут же пожалел, что это сделал.

За исключением чернявой буфетчицы, в зале находились двое пожилых людей – мужчина и женщина, которые, увидев Зверева, оживились. Эти поклонники кавказской выпечки, как выяснилось позднее, оказались семейной парой, уже вторую неделю проходящей лечение в «Эльбрусе». Мужчина, представившийся как Константин Григорьевич Пряхин, оказался пенсионером и коллегой Зверева, бывшим орудовцем из Казани. Пожилой ветеран НКВД тут же предложил майору присесть к ним за стол и, не дожидаясь согласия Зверева, подошел к буфетчице и принес бутылку «Прасковейского» красного и пару кусков мясного пирога.

Скрепя сердце Павел Васильевич подсел к новым знакомым. Он выпил полстакана вина, но от пирогов отказался. Пряхин завел все ту же беседу про его полномочия и про отравленного Глухова, а потом резко перешел к рассказу о себе самом, рассказал дюжину историй из своего прошлого, про службу в органах, после чего поведал о полученном в ходе несения службы ранении и прочих своих болячках. Когда Зверев совсем уже выбился из сил, он демонстративно посмотрел на часы, молча встал и вышел из закусочной.

Когда Зверев вернулся в «Эльбрус», на часах была уже половина второго, и Павел Васильевич тут же направился в столовую.

На этот раз за столиками было много свободных мест, видимо, часть отдыхающих еще не явилась, сцена, на которой накануне выступали артисты, также пустовала. Кивнув сидящей за отдельным столиком Галочке, Зверев направился к сцене. За их столом одиноко сидела Анечка Ткачева и, сгорбившись, ела пирожок с яйцом. На девушке было все то же простенькое платьице в горошек, возле тарелки с куриной лапшой лежала изрядно потрепанная книжонка.

— Здравствуйте. – Зверев сел на свое место.

Девушка кивнула, продолжая есть. Вслед за этим возле него появилась одна из официанток и выставила перед майором тарелку щей, котлету с картошкой и капустный салат. Когда официантка удалилась, Зверев поинтересовался:

— А где же ваша подружка? Надеюсь, мы ее скоро увидим?

Девушка вздрогнула, как будто он сказал что-то страшное:

— Она мне не подруга!

— Но вы же…

— Нас просто поселили вместе. Мы занимаем общий номер, и все. Где она сейчас и что делает, мне неизвестно.

— А я думал, вы вместе приехали. – Зверев принялся за салат. – У меня возникло впечатление, что Агата москвичка, я прав?

— Вы очень догадливы…

— А вы откуда?

— Из Новограда-Волынского.

— Простите, не слышал. Где это?

— Житомирская область. А вы ведь тоже из Москвы?

— Из Пскова!

Девушка перестала есть и впервые оторвала взгляд от своей тарелки и с удивлением уставилась на Зверева.

— Агата сказала, что вы сыщик, майор из какого-то самого главного Управления милиции, что вы теперь ведете расследование убийства этого несчастного музыканта. Вот я и решила, что вы тоже москвич.