Книга Чекистский невод, страница 85 – Валерий Шарапов

В каждом доме свои странности. Обилие фотографий покойной жены немного смутило. Видимо, Нине Георгиевне стоило посочувствовать. Впрочем, она не походила на человека, требующего сочувствия. Обняла букет (он ей явно понравился), улыбнулась приятной улыбкой.

— Понимаю, о чем вы подумали… Бледная тень, второй план, все такое… Уверяю вас, это не так. Мы с Родионом любим друг друга, и это ни для кого не секрет. Но он сильно переживал после трагической кончины Ангелины Кирилловны, был очень к ней привязан и лишь чудом выкарабкался из депрессии. Они знали друг друга четверть века, это не шутка. Я не против всего этого, правда, – глаза женщины говорили об обратном, но она смирилась, – память есть память. Я ведь находилась в разводе, когда на научной конференции в Ленинграде впервые встретились с Родионом. Начали встречаться, ну, в общем, вы понимаете… Поженились, и как в том анекдоте: «Молодая оказалась немолода»… – Нина Георгиевна засмеялась, обнажив белоснежные зубы.

— Не наговаривайте на себя, – улыбнулся Кольцов. – Вы молоды и очаровательны.

— А вы такой галантный, Михаил Андреевич…

Он украдкой изучал стоящую перед ним особу. Нина Георгиевна не флиртовала, просто была приветлива и учтива. С супругом их действительно связывали нежные чувства. По крайней мере, ее – насчет Белецкого неизвестно. Трудно судить о человеке, женатом на работе.

— Хотите пройтись по дому? – спросила Нина. – Или желаете быть представлены нашим немногочисленным гостям?

— Даже не знаю, – смутился Кольцов. – Я не гость, ввалился без приглашения. Не хочу смущать вас и ваших друзей.

— Погуляйте, – пожала плечами собеседница. – В этом доме сухая казенная обстановка. Мы, конечно, пытаемся ее оживить, но… Это государственное жилье, предоставлено временно. А жаль, – Нина вздохнула, – в Крыму так чудесно, такой божественный воздух. Мы нисколько не скучаем ни по Москве, ни по Ленинграду… Дальше по коридору кабинет Родиона Львовича, за ним – мой кабинет. Наверху спальня плюс еще одна комната – гостевая, но она, как правило, пустует…

— Вы тоже работаете? Вы упомянули свой кабинет…

— Ну, не так чтобы хожу и зарабатываю деньги, но от безделья точно с ума не схожу. Я окончила физико-математический факультет, после защиты дипломной работы поступила в аспирантуру, занималась наукой. Раз в полгода навещаю своих руководителей в столице, получила предложение защитить кандидатскую диссертацию. Сначала испугалась, но потом, знаете… Как пел Боярский: «Пуркуа па?» В доме есть все необходимые материалы, муж помогает…

— Надеюсь, это не физика твердых тел? – вырвалось машинально.

— Простите? – удивилась Нина Георгиевна.

— О нет, не обращайте внимания, – спохватился Михаил. – Это так, дела давно минувших дней.

— Преданья старины глубокой, – кивнула «новорожденная». – Там вы и споткнулись, после чего сменили сферу деятельности. Я занимаюсь волновой механикой. Другое название – квантовая механика. Рассчитываю посвятить свою жизнь фундаментальным исследованиям.

— Изучаете природу в масштабе атомов? – сумничал Кольцов.

— О, а вы не настолько безнадежны, – засмеялась Нина.

— Прыгал по верхушкам, – признался Михаил. – Хватило двух лет, чтобы понять, насколько я далек от науки, а наука – от меня. Каждый должен заниматься тем, что ему ближе. А обрывки знаний – хуже невежества.