Книга Чекистский невод, страница 81 – Валерий Шарапов

До Балаклавы доехали без новых обстрелов. С центральной дороги Ковтун свернул в смутно знакомые дебри. Михаил забеспокоился.

— Эй, ты куда? Отдел в другой стороне…

— А вы догадайтесь, Михаил Андреевич. – Ковтун злорадно ухмылялся. – Сейчас завезу черт знает куда, и будете знать.

— Подожди, это же больница!

— Это приказ, Михаил Андреевич. К сожалению, не мой, я еще не в том положении, чтобы вам приказывать, а приказ полковника Науменко. Вы даже не помнили, как я ему звонил. Видели себя в зеркале? Вот и не смотрите, зрелище унылое. Ну, мы же не фашисты, право слово, товарищ майор…

Дальнейшее помнилось смутно. Он смирился, вверил свою судьбу воле рока. Машина въехала в открытые ворота. Отобрать ключи от машины он все-таки сумел – в противном случае решительно отказывался посещать медицинское учреждение. Встреча с эскулапами была неизбежна, это понял бы даже человек, на дух не выносящий больниц.

— Как вы себя чувствуете, молодой человек? – сочувственно справлялось местное медицинское светило при первичном осмотре.

— Признаюсь честно, доктор, пока еще что-то чувствую, – отшучивался Михаил.

— Вот и отлично, – приговаривал врач. – Чувство юмора на месте, а остальное приложится. Устали вы, милостивый государь, очень устали. Ваш организм буквально стонет от такого небрежного с ним обращения. У вас вывихнуто плечо, отбиты ребра, селезенка, душевная гематома на затылке, а также многочисленные ссадины и ушибы. Вы не в скифских курганах проводили исследования? Говорят, эти воины иногда возвращаются – в виде воинственных фантомов. А если серьезно, то мы обработаем ваши раны, наложим бандаж, вправим руку – надеюсь, вы не будете при этом кричать и угрожать? Что там у вас торчит из-под куртки? Уберите, сделайте так, чтобы я этого не видел. Рекомендую, молодой человек, пару ночей провести в нашем странноприимном заведении…

Пара ночей – это чересчур. В мире могли произойти катастрофические события. Но покинуть больничные стены оказалось непросто. Особенно после того, как безжалостные руки эскулапа вправили конечность. Несколько часов он валялся в палате, барражируя между сном и явью. Столь чувствительно еще не прилетало. В этот день его вполне могли убить.

В палату заглянул милиционер в форме, вежливо поздоровался и пропал. Отметилось без участия – его охраняют. Видимо, проинформированный Науменко связался с милицией. Чисто формальная мера – когда убийц это останавливало? Пистолет лежал в прикроватной тумбочке, расставаться с ним не хотелось. Если хотят убить, значит, он движется в верном направлении. Осталось только разораться – куда он все-таки движется…

С ужасом смотрела знакомая темноволосая медсестра, когда он с бессмысленным взором тащился мимо медицинского поста, – эту дамочку он мысленно окрестил «ангелом смерти». Почему ее еще не уволили? В стране закончились медсестры? Вход в палату, где коротал деньки капитан Косых, преградила еще одна особа в белом халате.

— Мужчина, вы не можете просто так заходить, куда вздумается. Пропускаются только родные и близкие. Вы родной или близкий?

— Намекаете, что больной уже умер? – Он тактично отстранил работницу и вошел в палату.

Николай, по счастью, был жив, но чувствовал себя неважно. Уже объяснили: возомнил себя здоровым, пошел гулять и хлопнулся в обморок – швы разошлись.