Онлайн книга «Чекистский невод»
|
— Не весь транспорт идет через Охранное, – объяснил он. – Есть маршруты напрямую в Балаклаву. Но основной поток все же цепляет Охранное, там проживают многие сотрудники объекта. — Держите, Михаил Андреевич. – Ивашов с заднего сиденья протянул подмышечную кобуру с пистолетом, обмотанную крепежными ремешками. – Это вам в порядке исключения просили передать из оружейки. Потом заедете – распишетесь. Обычно так не делают, но Науменко разрешил. ПМ, кобура и две запасные обоймы. — А вот за это спасибо, – обрадовался Михаил, стащил куртку и стал прилаживать кобуру. — Еще держите. – Матвей передал сверток и термос. – Чай и бутерброды – обещанный завтрак. Новая знакомая-то, поди, не кормит? А серьезно, Михаил Андреевич, как вы так ловко-то? День-два, и готово, никаких букетов, прогулок под луной… Нет, я понимаю, что любопытной Варваре на базаре нос оторвали… — Раз – и в дамки, – засмеялся Николай. – Учись, студент. Ничего хоть, Матвей? — Ага, симпатичная, – закивал Ивашов. – Правда, успела под одеяло нырнуть… — Так завидуйте молча. – Михаил развернул обертку, впился зубами в бутерброд с докторской колбасой. Дорога петляла среди приземистых зарослей. Приближались горы – бугристые, изломанные, словно надкусанные, частично покрытые лесами. Сделали остановку у очередного КПП – здесь военные изучали документы с особой тщательностью, вернули, козырнув. Дальше потянулась желтеющая от засухи растительность, возникали скалы, заваленные у подножий грудами булыжников. Мостик через крутой овраг, двойная сетка ограждения, изоляторы, подразумевающие напряжение, колючая проволока по верху ограды. Проверки продолжались. Дорожное покрытие сменилось щебеночным, камни неприятно хрустели под колесами. Над местностью доминировала огромная гора, видимо, та самая, Машная. Ее окружали возвышенности пониже. Часть горы заросла лесами, издали они казались непроходимыми. Среди зелени белели скалы всевозможных конфигураций. Примерно в центре горы леса обрывались, в небо устремлялся несимметричный конус. Макушки, как таковой, у горы не было – несколько сравнительно плоских вершин лежали в разных уровнях. Подняться на эту глыбу было нереально – стены устремлялись в небо почти отвесно. Гора приближалась, очерчивались дороги, прорезающие лесистый «пьедестал». Среди скал у подножия горы выделялись строения с окнами в несколько этажей. Издали здания выглядели как жилые. — Входы в потерны, – прочитав его мысли, пояснил Косых. – Из космоса кажутся обычными домами. Но там вокруг маскировочные сети, стены – из бетона метровой толщины, а окна нарисованы. Такая вот обманка – чтобы чего не подумали. В эти потерны можно хоть на танке въехать, хоть на грузовом «Урале». Внутри горы, считай, четырехэтажное здание размером с Кремлевский дворец съездов. В одних переходах заблудишься, неделю аукаться будешь… — Вроде заканчивают стройку, – подал голос с заднего сиденья Матвей. – Карьерную технику увезли, осталось какое-то количество самосвалов, бульдозеров. Внутри идет отделка, укрепляют шахты. Вообще впечатляет. С таким размахом у нас еще не строили. А секретность – вообще многоуровневая… Кольцов молчал. Какую секретность ни разводи, а все наружу вылезет. И то, что не знают рядовые советские граждане, давно известно западным разведкам. Вопрос лишь в качестве этих знаний, в связи с чем и ломаются копья. Не только Озинский и Знаменская были завербованы – многие пошли на предательство. И дай лишь волю американцам – живо растащат секреты… |