Онлайн книга «Чекистский невод»
|
— Одуреть, – потрясенно покачал головой Ивашов. – И ведь у них бы все получилось, не вспомни вы лицо того водителя… — У них до сих пор может все получиться. Эвакуировать Белецкого будут на той же субмарине. А куда и когда она подойдет, мы не знаем. И Журавлев с Ниной Георгиевной этого знать не могут, такие вещи кому попало не сообщают. Крым большой. Представляете, что будет, если Белецкого переправят на Запад? Неважно, что он не хочет сотрудничать, – заставят. Мало того что светлая голова, так еще и посвящен в такие тайны, что половине наших высокопоставленных товарищей придется застрелиться… Ну все, парни, по коням. Нину Георгиевну изолировать, собирайте людей… Дом Журавлева оцепили через четверть часа, заблокировали заднюю калитку. Фигурант был дома, во дворе стояла машина, на втором этаже горел свет. Сотрудники перелезли через забор, стали скапливаться у крыльца. — Что дальше, товарищ майор? – прошептал Матвей. — Как стемнеет, будем брать, – задумчиво отозвался Кольцов. — Так стемнело уж, поди… А, вы в этом смысле… Михаил поднялся на крыльцо, постучал, на всякий случай отошел за косяк. Послышался скрип ступеней, хозяин спускался. — Павел Викторович! – крикнул майор. – Это Кольцов, открой! Обсудить надо кое-что! — Да уж видел, как твои люди с забора прыгают… – У хозяина дома был усталый голос. – Ясен перец, что ты там обсуждать собрался… Что, догадался, Михаил Андреевич? Ну что ж, грамотно мыслишь, поздравляю, быть тебе генералом! — Да опомнись, Павел Викторович! – натянуто засмеялся Кольцов. – Кто много думает, генералом не становится! Откроешь? Давай поговорим. Ты же не совсем безнадежен, майор! Помнишь, как в вертолете вместе падали? Значит, есть твердость духа. Открывай, во всем разберемся, обещаю! — Ладно, уломал, умеешь ты, майор, убеждать, – проворчал Журавлев. – Минутку подождешь? Снова заскрипела лестница, он поднимался на второй этаж. Через минуту из глубин дома прогремел выстрел. Дверь пришлось взламывать, несколько человек с пистолетами наперевес бросились на лестницу. Преступник не сопротивлялся. Он лежал на заправленной кровати, откинув руку. Табельный пистолет упал на покрывало. Павел Викторович выстрелил себе в рот, и на то, что получилось, лучше было не смотреть. Михаил чертыхнулся, вышел из спальни. Не ожидал он, честно говоря, такого вот конца… Нину Георгиевну изолировали в ее собственном кабинете. Она все поняла, не пыталась выйти. Сидела, сжавшись в комок, на краю софы, по ее щекам текли слезы. — Да полноте вам, Нина Георгиевна. Сидите тут, льете крокодиловы слезы. А ведь знаете не хуже меня, что ваш муж жив, хотя в данный момент, вероятно, находится в отключенном состоянии, накачанный препаратами. Или оплакиваете свою незавидную долю? — Я этого не хотела, – прошептала женщина. – Видит бог, не хотела… Думала, что все закончилось и про меня забыли. Жила честно, занималась наукой, любила мужа… Вы не поверите, Михаил Андреевич, я его всегда любила и сейчас люблю… — Охотно верю. Но это не помешало вам сделать то, что вы сделали. На чем вас подловили? Давайте уж, рассказывайте, все равно узнаем. — Это было в Москве, после конференции, в которой принимали участие иностранцы… кажется, из Швейцарии и Нидерландов… Эта была продуктивная встреча, мы перенимали опыт, уверяю вас, это была чистая наука… Потом в ресторане отмечали… Один из голландцев, уже не помню, как его звали, волокся за мной по ночному парку, удивлялся, почему я не хочу ложиться с ним в койку… Мы спорили, он немного говорил по-русски, хватал меня за руки, уговаривал пойти с ним в гостиницу… Я вырывалась, оттолкнула его, он упал, разбил голову о бордюр и умер… Я испугалась, убежала. А кто бы не испугался? В милицию не пошла, хотя и собиралась, просто струсила… Потом ко мне пришли, дали прослушать аудиозапись. У этого голландца в сумке, оказывается, лежал магнитофон, включенный на запись, а за нами наблюдали… Был записан весь наш разговор, как я кричала, чтобы отстал, как толкнула его, а он хрипел… Понимаю, что не доказательство, но я так перепугалась… Я уже была замужем за Родионом – мы расписались буквально несколько дней назад, научная карьера успешно шла. Все это могло разрушиться в один момент… |