Книга Дело беглеца, страница 62 – Валерий Шарапов

— В этом районе транспортный узел, – объяснила Марта. – Склады, перевалочные пункты. Грузы в Западный Берлин идут из ФРГ железнодорожным и автомобильным транспортом по специальным веткам. Соглашения об этом подписаны еще в конце сороковых годов. Ветки обособлены, вне юрисдикции властей ГДР. В этот район все и свозится, отсюда и распределяется. Справа сортировочная железнодорожная станция – конечная, как понимаешь…

«Опель» въехал на обширную площадку перед вытянутым одноэтажным строением в форме буквы «Г». В глубине пустыря стояли несколько крупнотоннажных грузовиков, на стоянке перед зданием – вереница легковушек. Живых существ в округе практически не было, только у грузовиков возились люди, что-то перетаскивали. Машина с Майнером въехала на стоянку перед зданием, заняла свободное место. Марта подалась в сторону, поставила «Фиат» на пригорке, откуда просматривались все окрестности.

— Это гостиница? – Михаил удивленно вертел головой.

— Это мотель, – объяснила спутница. – Место приюта усталых водителей грузовиков, железнодорожников и тому подобных. Да, это гостиница – переночевал, едешь дальше. Можешь остаться на несколько суток – хозяевам без разницы, если платишь. Из каждого номера отдельный выход на улицу.

Распахнулась пассажирская дверь «Опеля», пружинисто выбрался Клаус, что-то бросил водителю, обогнул капот, достал из багажника спортивную сумку. Забросил ее на плечо и зашагал вдоль здания. Водитель с характерной внешностью «человека из позднего палеолита» остался в машине.

— И что это значит? – озадачился Кольцов.

— Пошел снимать номер, – объяснила Марта. – Делаем вывод – его настоящий дом не в Западном Берлине, а в ФРГ. А начальству он еще нужен. Боюсь, водитель останется при нем. По крайней мере, до ночи.

— От кого его охранять? – не понял Кольцов.

Марта хищно засмеялась. Вопрос был неуместен. Текли минуты, в окружающем пространстве ничего не менялось. Вернулся Клаус. Он шел размашисто, что-то беззаботно насвистывал. Следом семенил работник заведения – паренек лет восемнадцати. Он открыл дверь под навесом, впустил постояльца и вошел сам. Жилище находилось в десяти шагах от припаркованного «Опеля», нужды переставлять машину не было. Снова потянулись минуты ожидания. Служитель вышел, отправился в свою каморку. Клаус остался внутри. Но вскоре возник, несколько минут разговаривал с водителем. Потом отправился обратно – отдыхать. «Питекантроп» вышел на воздух, покурил, проверил носком ботинка накачку шин, посмотрел на часы. Перспектива ничего не делать не окрыляла. Из номера по соседству вышла молодая особа с сумкой, открыла дверцу зеленого «жука» фирмы «Фольксваген». Машинка была смешная, несложная, но очень популярная – особенно у прекрасной половины человечества. Молодая женщина с опаской покосилась на мужчину, села за руль и стала выезжать со стоянки. Других развлечений не было. Охранник вздохнул и сел в машину. Объявился парнишка, он толкал перед собой закрытую тележку.

— Еда с доставкой в номер, – прокомментировала Марта. – Устал, бедный, самому лень до кафе дойти.

Служитель постучался в дверь номера, а когда открыли, перекатил через порог тележку. Чувство голода еще не проснулось, Михаил спокойно смотрел на происходящее. Паренек удалился, толкая свое «транспортное средство». Марта завела машину, подвела ее ближе – втиснула между компактным грузовичком и угловатым «Ситроеном». Водитель в «Опеле» уловил движение, повел ухом, но дальше этого дело не пошло. Он читал газету. Марта заглушила двигатель. Минуты тянулись, как инвалиды по оврагам. Почернели тучи над Западным Берлином, пошел дождь. Он капал монотонно, густо, прогоняя с улицы последних прохожих. Жилец из номера справа поднялся под навес, чтобы не мокнуть, докурил сигарету и ушел в здание.