Книга Дело беглеца, страница 44 – Валерий Шарапов

— Надеюсь, однофамилец? – усмехнулся Кольцов. Видный политический деятель Вилли Брандт с 69-го по 74-й год являлся федеральным канцлером ФРГ и до сих пор возглавлял социал-демократическую партию Германии.

— Для Вилли это пожизненное проклятье, – ухмыльнулась Марта. – Можете представить, сколько шуток и колкостей перепало на его долю. Клаус и Вилли перейдут границу через несколько минут после нас, в их задачу входит обеспечение безопасности.

— Не много ли людей? – засомневался Кольцов.

— Нет, – качнула головой Марта. – Обычная ситуация – двое идут, двое страхуют. Вы и Вайсман – фигуры дополнительные, форс-мажорные, так сказать, давайте без обид, Микаэль. Если возникнет ЧП, лишние люди не повредят. Процедура отработанная.

— Вайсман не переметнется в трудную минуту? Он не похож на человека с непоколебимой решимостью.

— Не думаю, – Марта усмехнулась. – Нам известно, где проживают его бывшая жена с ребенком, а также пожилой отец в ФРГ и дальняя родня в нашем Штральзунде.

— А теперь самое главное, Марта. Каким образом вся наша когорта попадет в Западный Берлин? Граница на замке, нет? Не забываем, что неплохо бы и вернуться.

— Увы, Микаэль, ничего такого, что захватило бы дух. Есть ряд способов, и все они относительно безопасные. В Западный Берлин попасть труднее, чем… наоборот, но только для реальных перебежчиков. Для спецслужб задача решаемая. Когда разделили город на две примерно равные части, в западном секторе осталась большая часть линий метро, зато городские электрички остались за железной дорогой ГДР. За стеной также действует городской железнодорожный транспорт, но обслуживающих его предприятий там нет. Так вышло, что за двадцать лет не построили ни одного. Производят мелкий ремонт, не более. И специалистов не подготовили. Все обслуживание наземных электричек в Западном Берлине осуществляют наши бригады. Ежедневно десятки специалистов отправляются на ту сторону – со всеми положенными бумагами, разрешениями. Возвращаются вечером или в другое время, как оговорено контрактом. Сбежать они не могут, потому что семьи здесь, и люди понимают, какая участь их ожидает. Инциденты, конечно, случались – два или три раза за всю историю, но это исключение из правил. Мы отдаем себе отчет, что наших людей может завербовать БНД, поэтому весь контингент тщательно проверяется. Пойдем с документами железнодорожных рабочих, в соответствующей униформе. Бумаги изготовят в течение завтрашнего дня. Состав бригад иногда меняется, поэтому незнакомые лица на переходе не насторожат. К тому же мы используем второстепенный переход на улице Кляйнштрассе. Это центр, между округом Митте с нашей стороны и районом Тиргартен Западного Берлина, но в стороне от Бранденбургских ворот и Потсдамской площади.

— То есть БНД не в курсе, что вы используете эту лазейку… Не смешите, Марта.

— Думаете, они используют другие лазейки, чтобы попасть на нашу территорию со своими провокационными намерениями? – Марта хохотнула, в очередной раз блеснув зубами. – Уверяю вас, они действуют точно так же, и всех это устраивает. Не пойман – не шпион. Перекроют нам эту лазейку – мы тоже перекроем, и у наших противников возникнут проблемы. Теперь вы в курсе, что будет происходить. Контрольно-пропускной пункт № 36 расположен ближе всего к нашей явочной квартире на Рупенталь. Пограничники разбавлены сотрудниками Штази – то есть препятствий при переходе не возникнет. На другой стороне – американские солдаты. Не поверите, они уже тридцать семь лет стерегут свою зону. Военнослужащих бундесвера там нет – разве что несколько парней в штатском. Поэтому щепетильный досмотр не проводится. Постарайтесь завтра не бриться. Для придания образа, так сказать… – Марта с усмешкой оглядела его лицо. – Это трудно, вы привыкли быть чисто одетым и гладко выбритым. Но постарайтесь.