Онлайн книга «Тоннель без света»
|
— Ягудин, Сидоренко, за ним, – бросил Кольцов в микрофон. – Пока не брать. — Поняли, товарищ майор… Иностранец скрылся за деревьями. Гульков никуда не спешил, развалился на скамье, закурил. Хмурое лицо ненадолго осветилось, впрочем, прежнее выражение быстро вернулось. «Надо брать, – мелькнула мысль. – Незачем ждать. Домой пойдет, куда еще». Некстати объявилась стайка подростков. Разбитные, курящие, они толпой валили по дорожке, неумело матерились, ржали, как подорванные. Такие постоянно задирают прохожих, не способных дать сдачи, выгребают у сверстников мелочь из карманов, глумятся над девчонками. Впрочем, мимо Гулькова прошли без остановки, одинокий мужик не вызвал у них интереса. Он проводил глазами шайку малолеток, поднялся и двинулся в том же направлении. Кольцов скрипнул зубами: пока еще соберешь своих… Гульков шел на автобусную остановку. Людей на улице хватало, не хотелось брать шпиона при всем честном народе. Куда он мог деться? А объект словно издевался: тащился как черепаха, снова закурил, постоял у кромки тротуара. Собрался было вскинуть руку, чтобы поймать такси, но передумал, зашагал дальше. Пристроился к короткой очереди в киоск Союзпечати, ждал. Оперативники изнывали от нетерпения. Москвин прикинулся пассажиром, ждущим автобуса, Вишневский мялся за телефонной будкой. Михаил изучал через стекло ассортимент печатной продукции в киоске, потом пристроился за Гульковым. Риск отсутствовал: субъект не смотрел по сторонам. Самая длинная очередь – это очередь из двух человек! Люди сами не знают, чего хотят, или набирают все подряд, включая стирательные резинки и стержни для шариковых ручек! Гульков приобрел дорогостоящий «Огонек» и пару изданий попроще. «Крокодил» остался в урне на месте встречи – видимо, он его уже прочитал. Потеряли время и снова тащились. Гульков зашел в магазин кооперативной торговли. Оперативники переглянулись – деньги у товарища, видимо, были. Москвин, повинуясь командному кивку, тоже вошел внутрь. Вернулся через пару минут, спустился с крыльца, отчитался: — В очередь встал, гаденыш. Он издевается над нами, Михаил Андреевич, я это сразу заподозрил. Довольный такой, стоит, «Огонек» читает. Он ничего не подозревает, рожа расслабленная. Может, возьмем его, товарищ майор, чего мы стесняемся, как первокурсницы? — Длинная очередь? — Человек шесть. — Ладно, подождем. Мялись несколько минут. У Вишневского лопнуло терпение, вошел в коопторг и через минуту вышел. — Стоит, товарищ майор. Трое в очереди перед ним. Нормальное мясо, кстати, розовое. В соседнем зале туши рубят. Накидают, конечно, в нагрузку кучу отходов, но все равно хорошо. Может, и себе возьмем? – Григорий подмигнул прыснувшему Москвину. Сработала рация под курткой – предвестница крупных неприятностей. Сухо стало в горле. Михаил отошел в сторону. — Товарищ майор, это старший лейтенант Сидоренко… – забубнила рация. – Тут такое дело… Головы ломаем, как такое могло произойти… В общем, упустили мы своего фигуранта… — Это как? – опешил Кольцов. – Издеваетесь, ребята? — Да шут его знает, товарищ майор… – молодой сотрудник чуть не плакал. – Из парка вышел и подался в центр. За угол свернул – там какой-то переулок мелкий, мы за ним. Входим, а переулок пустой – смылся, сволочь… Мы туда-сюда, давай в подъезды забегать. Глухо, как испарился… Похоже, засек он нас, товарищ майор. Когда из парка выходили – так сразу и засек… |