Онлайн книга «Тоннель без света»
|
«А это идея», – подумал Кольцов, прикладываясь к кружке с остывшим чаем. Воплотить задуманное не удалось. В этой командировке все работало против нормализации семейных отношений. Зазвонил телефон на столе Литвина, он вздрогнул, схватил трубку. Выслушал, пожал плечами, протянул трубку Кольцову: — Смешно, но это вас. Ничего смешного не было. Радиостанции работали в интервале пятнадцати километров – да и то теоретически. Для связи он дал два номера – Литвина и местного отдела КГБ. — Михаил Андреевич, Вишневский на линии. Хорошо, что вы там. Мы в области, в местном управлении. Товарищи оказывают всяческое содействие, делятся информацией. Дело, в общем, такое. Строительно-монтажное управление отработали. Нашли кое-что интересное. Это точно наша тема, товарищ майор, всеми фибрами чую… – Сотрудник явно напрашивался на комплимент. Михаил терпеливо ждал. – Траншею, в которой проложен кабель, прорыли за четыре недели. По километру в неделю – нормально, учитывая глубину. У мужиков руки набитые, и техника работает как надо. Копали десять человек, одна бригада, включая бульдозериста и экскаваторщика. Все давали подписки о неразглашении. На другие объекты не отвлекались. Ход работ контролировал отдел безопасности товарища Кобылина. Специально обученные люди работали в оцеплении, отгоняли любопытных. На внешнем кольце периметра стояла милиция и сотрудники горотдела госбезопасности. Режим секретности соблюдался. Но вы правы – сверху все видно, а зонтиками не снабдили. Личные дела работников СМУ‐19 мы просмотрели. Нормальные дела, нормальные работники. Внимание привлек бригадир – некто Гульков Петр Алексеевич, 48 лет. Толковый грамотный работник, держит подчиненных в ежовых рукавицах, к прогулам и пьянкам относится нетерпимо – вплоть до увольнения. Мужик мрачный, нелюдимый, авторитетом в коллективе пользуется, но его не любят. В разводе, живет с пожилой матерью в многоквартирном доме на улице Забалуева. Прошлое товарища Гулькова отнюдь не безупречно. Двенадцать лет назад – драка в ресторане. Хорошо помял бока одному бедолаге. Как-то выпутался, дело замяли. Восемь лет назад, когда работал в другой строительной организации, проходил по делу о хищениях. Но проходил свидетелем, хотя его невиновность находилась под вопросом. Снова выкрутился. — И как он попал на работу в специализированное управление? – не понял Кольцов. — Без понятия, товарищ майор. Безгрешных не бывает. Работник ценный. Драка в ресторане – дело такое… сами понимаете, с каждым может случиться. А дело о хищении… кстати, крупного количества кабеля – он же свидетелем проходил. Но дело не в этом. Помните, милиция чужака заметила недалеко от колодца? Он еще в лес сбежал. Приметы были размытые, но Гульков под них подходит. Коренастый, приземистый, сутулится, лицо широкое и бриться не любит… Не доказательство, понимаю, но любопытно, да? А теперь аргумент весомее. Информация получена из Госбанка два часа назад. В течение последнего года Гульков четырежды клал на сберегательный счет крупные суммы! От пятисот до семисот рублей. Каково? Законом, понятно, не возбраняется, граждане имеют право заниматься накопительством, но с каких, простите, барышей? Зарплата у Гулькова в СМУ – 320 чистыми. Большая часть уходит на лечение матери и выплату алиментов за двух детей. На остаток не разгуляешься. Наследство не получал, в лотерею не выигрывал, машину или дачу не продавал. Откуда деньги? О большом уме это, кстати, не говорит: нести «гонорары» за шпионскую деятельность в Госбанк… Ну, не знаю, Михаил Андреевич. И тем не менее. Возникает резонный вопрос: не он ли тот парень, что регулярно забирается в тоннель, который сам же и прорыл? Не он ли имеет отношение к трупу сельского жителя по фамилии Мухачев? Мужик его засек за неблаговидным занятием, и Гульков действовал по обстановке, о чем, возможно, потом пожалел… |