Книга Девятый круг, страница 98 – Валерий Шарапов

Чертыхаясь, Некрасов повел машину по какой-то убогой, но совершенно пустой улочке, несколько раз сворачивал. Мелькали гаражи, небольшие промышленные предприятия. Капитан отлично знал город. «Волга» выскочила на шоссе в тот момент, когда Штейнберг уже проехал, а гаишники еще не подтянулись. Вновь взревела сирена. Шарахнулся, как от чумы, вяло ползущий «Запорожец».

— Считай, зажали его, – торжествующе объявил Некрасов, включая повышенную передачу. – Впереди стационарный пост, через него упыря не пустят. Товарищ майор, я, кажется, вижу его… – Капитан подался к стеклу, вытянул шею.

Показалось такси. Возможно, то самое. Между ними – всего лишь несколько грузовиков и легковушек. При звуках сирены водители послушно прижимались к обочине. «Волга» летела как на крыльях. Дистанция стремительно сокращалась. Возможно, Штейнберг и был неплохим водителем, но вряд ли освоил строптивую советскую технику. Ведомственную «Волгу» догоняли гаишные «Жигули», водитель включил сирену и мигалку – чтобы веселее было. Под сенью дружеских штыков стало спокойнее.

Впереди показался стационарный пост. И вдруг такси ушло вправо, скатилось с шоссе!

— Куда это он? – всполошился Кольцов.

— Вот дьявол… – заскрипел зубами Некрасов. – На кладбище уходит, об этом я как-то не подумал… Ничего, товарищ майор, догоним, по могилкам он не разгонится…

Происходящее все больше напоминало безумное кино. Удивляться нечему: преступник понимал, что на посту ему крышка. Использовал любую возможность.

Он влетел в кладбищенские ворота в тот момент, когда чекистская «Волга» съезжала с трассы. В задний капот уперлась машина автоинспекции.

На кладбище были люди. Май – традиционная пора посещения усопших родственников. Да и хоронят без выходных и праздников…

Народ кинулся врассыпную – Штейнберг пролетел по центральной аллее, ушел в сторону. Началась игра в кошки-мышки. Машина ГАИ вырвалась вперед, ушла в отрыв.

— А мы сюда, – пробормотал Некрасов, сворачивая направо.

Мелькали оградки, могилы со звездами и крестами. Чем дальше, тем менее ухоженные, заросшие травой, с покосившимися оградами. Люди озирались, провожали глазами спешащую «Волгу». Сирену выключили: только здесь ее не хватало.

— За это он тоже ответит, – мстительно бормотал Вишневский. – Ишь чего удумал – покой наших мертвых тревожить…

Автоинспекцию Штейнберг, кажется, сбросил с «хвоста», заставил плутать. До выезда на широкую аллею оставалось метров тридцать, когда по ней промчалась знакомая машина с шашечками.

Заголосили радостно и дружно. Некрасов утопил педаль. «Волга» вылетела из проезда, вписалась в поворот. Гаишники точно отстали. А вот теперь взревела сирена. Кладбище обрывалось – его территория впечатляла, но в бесконечность пока еще не устремлялась.

Кончились последние могилки, Штейнберг съехал с пригорка. Щебеночное покрытие сменилось грунтовым. Дорога тянулась вдоль леса. С такси происходили какие-то странности: из капота заструился дымок, а потом вдруг повалил густой черный дым. Двигатель перетрудился. Машина шла рывками. Это роли не играло: по проселочной дороге он все равно бы далеко не ушел.

Штейнберг вывалился из машины, кинулся в лес. Когда подъехали чекисты, его уже и след простыл. Злость душила. Кольцов первым покинул машину, бросился к лесу. Зачем обувь драил? Ноги проваливались в рыхлое месиво между кочками, грязь липла к дорогим ботинкам.