Книга Охота на охотника, страница 42 – Сергей Бакшеев

— Почему?

— Его отправят дальше.

— Куда? Где будет суд?

— Не знаю. В больницу, наверное. Это не мое дело! — начал злиться Могила.

— В больницу. Папа ранен?

— Ева! Я ничего не решаю.

— А кто решает? Чеснок? Я пойду к нему.

Ева попыталась выбраться из постели, но мужчина удержал ее на себе.

— Не вздумай. Ты моя!

— Кто твоя? Проститутка, прислуга, рабыня?

— Моя и всё! — рявкнул Могила и вцепился в девушку.

Ева умерила свою злость перед нарастающей злостью садиста. Запрятала чувства поглубже и попыталась стать паинькой. Ей нужен пистолет. Холодная тяжесть оружия в руке сделает ее сильной. Это сейчас главное.

Она оседлала мужчину, мотнула растрепанными волосами по его лицу и выпятила грудь. Затуманила взор, понизила голос:

— На меня могут напасть твои же бойцы. Смотрят кобелиными глазами, мысленно раздевают.

— Они сильно пожалеют.

— Пожалей меня, мой господин.

— Еще как, — зарычал он, впиваясь руками в расставленные женские бедра.

Могила овладел Евой. Она опять кричала. Он остался доволен. После секса она прильнула к нему и напомнила:

— Мне страшно без тебя.

Он встал, умылся и вернулся с пистолетом. Протянул Еве:

— Если кто полезет, припугнешь. Пистолет без патронов.

Ева взяла пистолет обеими руками, жеманно прижала к губам, заглянула в ствол.

— Плавать научишься, дадим воду в бассейн?

— Смешная ты, — почти ласково улыбнулся Могила.

Улыбка сползла с его лица, когда, одевая выглаженную форму, он обнаружил пропавший шеврон.

— Откуда?

— Нашла. Там на полу, — небрежно ответила Ева и специально указала место, где убили бабушку.

Офицер задумался, нахмурился, но разглядев шеврон успокоился — чистый. Заметил пустую бутылку на столе, оставшуюся после разговора с Рябиной, вспомнил про пленных, приказ Чеснока и снова нахмурился. С утра предстоит грязная работенка.

Ева забежала в магазин и собрала в пакет передачу для отца. Папа жив! Он в плену, но никогда не брал в руки оружия. Он ни в кого не стрелял. Его осудят, но ненадолго, накажут и выпустят. Она будет ему помогать. Расплачиваясь на кассе, Ева чуть не выронила пистолет из рюкзака. Даже незаряженное оружие внушало уверенность.

С наглой решимостью она подошла к проходной биолаборатории. Ее пропустили. Все знали, что красивая девчонка новая подружка Могила.

— Где пленные? — мимоходом потребовала Ева.

— В котельной, — указал охранник.

Ева прошла к бетонной коробке с зарешеченными окошками, открыла железную дверь. За порогом сидел охранник Адам с резиновой дубинкой на коленях и мял сигаретную пачку в кулаке. Ева показала пакет:

— Привет, Адам, я передачу принесла.

— Ева! — Адам расплылся в улыбке, блеснув верхними резцами.

Ева попыталась пройти, но он цапнул пакет, порылся в нем и выразил недовольство:

— А сигареты где?

— Папа не курит.

— Якой еще папа? — боевик швырнул мятую пачку в ведро. — Пакет оставь, а самой не положено.

— Адам, я принесу сигареты. Какие ты куришь?

— Ты ж токо бачила. — Адам достал мятую пачку из мусора и стал ее разглаживать.

Но Ева смотрела вглубь помещения. Следующая железная дверь была приоткрыта. Она услышала оттуда знакомый голос и быстро сориентировалась:

— Меня ждет Могилевский. Я к нему.

Несколько быстрых шагов по бетонному полу, и девушка заглянула в щель. Она увидела распаленного злобой Могилу. Он с пистолетом в руке угрожал кому-то: