Книга #НенавистьЛюбовь, страница 2 – Анна Джейн

— Влад? — осторожно переспросила девушка после долгой томительной паузы. — Ты меня слышал?

— У меня сегодня день рождения, — невпопад сказал парень и залпом опрокинул свой стакан виски.

— Прости, прости, пожалуйста, — тихо проговорила девушка. — Я забыла… Боже, как неловко.

Он ухмыльнулся. Просто неловко, серьезно?

— Ты умеешь делать подарки, малыш, — с неожиданным весельем в голосе сказал Влад. Сердце в груди билось как сумасшедшее. Как будто бы он не сидел на диване, а танцевал вместе со всеми этими идиотами, которые притащились сегодня сюда.

— Правда, прости меня, — прошептала девушка. — Я совершенно забыла. Господи, я дура.

— Его день рождения ты не забываешь, малыш, — с горечью отметил Влад. — Ты ведь к нему поехала, да?

— Влад…

— Я знаю, что к нему.

— Прости… Не знаю, что еще сказать. Ты — хороший человек и…

Ее снова перебили.

— Но ты все равно бросаешь хорошего человека в день его рождения, — усмехнулся Влад. — Знаешь, получается, что «хороший человек» — это новое оскорбление.

— Вовсе нет! — воскликнула девушка.

— Забавно, что в итоге я не смог стать похожим на него, и ты меня кинула. — Виски обжигало горло.

— Влад, не говори так. Я чувствую себя настоящей мразью. Пожалуйста, прости…

Дослушивать ее Влад не стал — на него накатила внезапная волна ярости — он кинул телефон в стекло, отделяющее его от веселящегося танцпола. Стекло было противоударным и выдержало, а вот дорогой телефон разбился.

Следующими — уже в стену — полетели бутылка виски и бокалы.

Ненависть, обида и боль ослепили Влада. Он на несколько мгновений перестал себя контролировать. И в душе полыхало только одно желание — отомстить.

Заглянувший на шум охранник ничего предпринимать не стал — у молодого хозяина был скверный нрав, и время от времени случались подобные припадки бешенства.

Волна ярости откатила назад, и Влад моментально успокоился. Он опустился прямо на пол и прикрыл глаза, все еще надеясь, что разговор с той, которую он любил, — шутка. Сон. Иллюзия. Но чем больше времени проходило, тем сильнее он осознавал, что это — горькая, как виски, реальность.

Почти каждый день рождения у него не задавался.

Четвертого июня он родился, и в этот же день спустя несколько лет умерла его мать. Через год четвертого июня его забрали в семью отца. А там жизнь никогда не была сахарной — мачеха и братья заботились об этом. Когда показалось, что жизнь налаживается и у Влада появились друзья, четвертого июня ему объявили, что он отправится учиться в Лондон. Сделали подарок. Когда он вернулся — ирония судьбы, не иначе, — то через сутки после дня рождения обнаружилось, что от передоза едва не погиб его лучший друг. Неудивительно, что любимая девушка бросила его в день рождения.

Влад хрипло рассмеялся. И в это же время в ложу вновь заглянул охранник.

— Извините за беспокойство, Влад Борисович. Ваш старший брат приехал. Хочет вас лично поздравить.

— Какого черта… — нахмурился Влад, поднимаясь на ноги. Старший брат, Алексей, всегда был к нему равнодушен. И если в детстве задирал, то начиная с подросткового возраста перестал замечать.

Алексей появился в ВИП-ложе спустя десять минут — проворные официантки успели убрать все осколки и разлитый виски. Влад, натянув на лицо маску равнодушия, хотя в его груди все еще кипел холодный огонь, сидел на диване и встретил брата с зажженной сигаретой в руке.