Книга #НенавистьЛюбовь, страница 186 – Анна Джейн

Я должен был защитить Дашку.

Я ненавидел быть слабым. Презирал себя за слабость. А сейчас вдруг оказался именно таким.

Собрав сумку, я уже собирался выйти из номера, когда услышал:

— Ты куда, Матвеев? — проснулся парень, с которым я делил комнату.

— Улетаю обратно, — коротко бросил я. — Скажи, что у меня проблемы дома.

— Какие проблемы?! — вытаращился тот. — А награждение?! Тебе же диплом дать должны!

— Плевать, — бросил я и ушел, закинув за плечо спортивную сумку. На улице я сел в такси, которое заранее вызвал через приложение. Мы ехали в аэропорт по сонной Москве, и я смотрел в окно, не замечая ничего вокруг и думая о том, как быть. Почему-то мимоходом вспомнилось — после школы я мог бы учиться здесь, но решил остаться в родном городе. Почему? Причин было несколько. Но решающей была Сергеева. Я не хотел оставлять ее, хоть и не мог признаться себе в этом.

По закону подлости на ближайший рейс до родного города не было билетов, и мне нужно было ждать следующего. Я сидел в зале ожидания и сходил с ума от беспокойства и страха. Сейчас Дашка находилась дома — еще спала. А значит, была в безопасности. Но что с ней может произойти, если она выйдет из дома? Я боялся представить что. Из-за Алана и его дружков Лиза оказалась в больнице. И черт знает, что они сделали ей, эти подонки.

Я вспомнил испуганное лицо Лизы на фото, и во мне снова все перевернулось. Я даже что-то прошипел грязное, заставив сидевшую рядом женщину изумленно обернуться на меня.

Если рассуждать логически, Алан и его шавки будут действовать ближе к вечеру, в темноте — как в случае с Лизой. Успею ли я прилететь и доехать от аэропорта до университета? Скорее всего, нет. А звонить Дашке, просить оставаться дома и пугать я не хотел. Она слишком впечатлительная и слишком смелая — безрассудно смелая, я бы сказал. Мне оставалось лишь набрать номер одного из друзей, работающего в охранном агентстве, и договориться с ним, что он будет сегодня всюду сопровождать Дашку. Незримо, разумеется. Друг удивился, но согласился. Мне стало легче, но ненадолго.

Через пару часов прозвонил Димка, задыхающийся от бессильной злобы, и сказал, что человека, сбившего Лизу, так и не нашли — машину никто не видел, камер на улице не было. Кроме того, его общение с ментами закончилось ничем. Ему даже в отделение ехать не пришлось — полицейские приехали в больницу сами. Однако стоило им услышать фамилию Алана, известную всем в нашем городе, как они напряглись. Потому когда Димка заявил, что Лизу сбил Алан или кто-то из его дружков ради развлечения, его откровенно послали. Связываться с семьей Алана они явно не хотели. А один из ментов даже отвел его в сторону и по-отечески посоветовал закрыть рот и не наживать неприятностей. У меня закралось подозрение, что менты приехали в больницу так быстро не просто так — явно не обошлось без Алана и его могущественного дедушки. Решили подстраховаться.

— Забавно, да? — горько спросил Димка. — Богатые мрази развлекаются, как хотят. А менты со мной даже разговаривать не собираются. Покрывают.

— Держись, — тихо сказал я, крепко сжимая ручку кресла. А что я еще мог сказать? — Как Лиза?

— Еще не пришла в себя после операции. Но врачи говорят, прогноз положительный. Ее мать звонит мне и плачет в трубку. А я не знаю, что ей сказать. Объяснить, почему не защитил. Почему меня не было рядом. Чувствую себя жалким.