Книга Солнце города дождей. Книга 1, страница 25 – Джулия Хэнли

Одна из них, маленькая, теплая и дрожащая от счастья – ликовала, потому что Соул был здесь. Появившись, как по волшебству, он снова спас ее. Его ладонь, крепко сжавшая ее руку, обещала безопасность. Но это ощущение было хрупким, как мыльный пузырь, и тут же лопнуло, едва он отпустил ее и ушел, окутанный ледяной, неприступной скорлупой.

“Появился, чтобы спасти, и снова исчез. Почему так? Неужели для него я всего лишь проблема, которую нужно решить и забыть?” – пронеслось в голове, и знакомое, тошнотворное чувство неполноценности снова выползло наружу.

Другая часть, более крупная и тревожная – кричала о презентации. О том, что какие-то минуты отделяют девушку от победы или оглушительного поражения. Мысли путались, накладываясь друг на друга, как кадры плохого фильма: баннер с силуэтом Соула, усмешка Джоша, уверенный взгляд Сары. И прикосновение к щеке темноволосого мерзавца, который считает окружающих своей собственностью. Притягивает и отвергает, разрушая границы и выстраивая еще более высокие, как…

“Нет, Соул так не поступил бы. Он ни за что не прикоснется ко мне без разрешения и не станет манипулировать мной. Что-то произошло. Между ними. Но что? И почему я думаю об этом вместо того, чтобы искать Джоша и Сару?”.

Однако девушка продолжала стоять, позволяя толпе обтекать ее, как камень в бурном потоке. Тяжелый, монотонный бит, смешанный с синтетическими переливами, отзывался в висках. Влажный ветер теребил волосы, окутывая Кристу смесью запахов соленого бриза, сладковатого дыма кальянов, духов, вина и морепродуктов.

Сейчас Саут-Бич был совсем другим. Тот пустынный пляж, где она искала вдохновение, теперь сиял и гремел. Некогда сырой и холодный песок закрывали низкие диваны, пуфы и столики со свечами в стеклянных колбах. А гирлянды придавали лицам людей мерцающее сияние.

Гости, пританцовывая, передвигались от стойки бара до свободных клочков берега, с коктейлями в руках. Казалось, весь гламурный и праздный Майами собрался здесь, чтобы отдать дань лету и чьему-то дню рождения. Но чем дольше Криста погружалась в это веселье, тем отчетливее видела его изнанку.

Светские улыбки быстро сменялись пресыщенностью и жаждой новых впечатлений. Женщины в дорогих, но слишком откровенных платьях, отправляли мужчинам отчетливые сигналы о готовности к любым, даже самым диким развлечениям. А те, избавляясь от галстуков вместе с остатками совести и такта, вели себя, как Итан. Дерзко и настойчиво. Не оставляя новым спутницам шанс покинуть праздник без порции чувственных наслаждений.

Это была не просто вечеринка, а медленная, но верная трансформация: из респектабельного мероприятия в откровенную, раскованную попойку, где границы стирались вместе с последними каплями приличия. Атмосфера, царящая вокруг, давила на Кристу сильнее любой толпы. Каждый взгляд и каждый нечаянный толчок заставлял содрогаться.

Подруга была единственным якорем в этом безумии. И все же сбежала, как только переступила порог. Девушка все время искала ее лицо среди гостей, давила обиду и ловила себя на мысли поступить, как Сара – бросить все и сбежать.

Сжав телефон после очередного неотвеченного звонка, а затем – лямку рюкзака так, что пальцы побелели, Криста начала пробираться вдоль края танцпола, стараясь держаться подальше от бесконечных гостей. Она чувствовала, что ее клетчатая рубашка, казавшаяся такой нейтральной дома, здесь выглядела вызовом и одновременно клеймом “не своей”. Ее рассматривали, за нее старались уцепиться, посмеивались и стыдили. Словом, делали все, чтобы показать: “Ты просто досадное недоразумение на этом празднике жизни и распутства”.