Книга Украденная стать матерью, страница 63 – Ксения Фави

— До тебя я не представлял, что настолько могу желать женщину.

Руслан немного переделывает сказанную раньше фразу. А я с трудом понимаю, что это наяву.

Он не ушел, а плотно закрыл дверь… А еще он тесно прижал меня к себе, и я в полной мере чувствую твердое доказательство его слов. Он желает меня.

С моих губ срывается стон. Так я, сама того не планируя, даю понять о взаимности. Меня тоже безумно тянет к нему. Или внутри себя я и хотела намекнуть.

— Руслан…

От звука его имени по нам обоим прокатывается дрожь. Сам Рус больше ничего не говорит. Я только чувствую его теплое дыхание возле уха. Пару мгновений, и он прихватывает мою мочку губами. Чуть сдавливает. Это самое приятное, что я когда-либо ощущала.

Уже скоро понимаю, что погорячилась. Секунда за секундой чувства становятся еще острее. Еще приятнее. Руслан скользит руками по моим плечам и забирает в свои объятья. Его предплечья прижаты к моей груди. Я в плотном коконе из его рук. Он как будто боится, что я убегу. Или дает мне к себе привыкнуть. Но мне кажется, я полжизни провела в этом уютном и одновременно дико будоражащем плену.

Чувствую твердость и жар его тела. Колотящееся сердце. Моя главная мышца тоже отбивает гулкий ритм. Что же дальше? Неужели он просто возьмет и отпустит меня?.. И как я должна реагировать… Приличная девушка не может вот так просто…

Рус впивается ртом в кожу под моим ухом, и внутреннему голосу приходится заткнуться. Его бубнеж сейчас совершенно лишний в картине моего мира. Нашего мира.

— Ты не боишься меня?

Атаманов задает странный вопрос. А, может, в нашей ситуации и не странный…

— Нет, — говорю без раздумий.

Он медленно выпускает меня из рук. Сразу накатывает такое сильное разочарование.

Но мужчина лишь разворачивает меня к себе лицом.

— Не зря я решил, что ты умница.

Мне хочется показать ему язык. Однако он, как и губы, уже занят. Рус целует меня… Не так осторожно, как в первый раз. И не с таким надрывом, какой был на парковке. Сейчас его движения уверенные, горячие, интимные. Мы ничего ни у кого не воруем. И ни на секунду не сомневаемся в естественности того, что происходит.

Еще мы не торопимся. Хотя обоих просто трясет. Мы, как дорвавшиеся до лакомства, смакуем его. Смакуем друг друга. Или это шум океана за окном напоминает — мы оторваны от всего мира. Принадлежим друг другу, и нам некуда спешить.

— Я доверилась тебе с первой секунды… Сама не знаю, почему.

Не то что бы мне сейчас хочется поболтать. Мы крепко прижимаемся друг к другу, наши руки гладят и сминают всё, что могут достать. Мы просовываем пальцы под ненужные ткани одежды. Разъединяем губы только чтобы дышать.

— Продолжай в том же духе, — отвечает на мое признание Рус.

И тут же поднимает меня на руки.

— Хорошо.

Растворяюсь в его силе и нежности. Даже жесткое постельное белье, которое мучило меня прошлую одинокую ночь, теперь покалывает приятно. Рус вдавливает меня в него своей тяжестью. Он все еще нетороплив. Я с упоением реагирую на каждую ласку. Отвечаю такой же трепетностью. Не знаю, что будет у нас дальше, но сейчас хочу отдать ему как можно больше себя. И в то же время полностью уступаю ему ведущую роль.

Лишь ближе к финишу Рус не выдерживает и срывается на быстрый темп. И тут наши желания опять совпадают. Я поощряю его всхлипами и стонами. Взрываюсь раньше и не сразу понимаю, он что-то шепчет в мое ухо.