Книга От дружбы до любви, страница 90 – Амарисса Ли

Наконец-то.

Можно не считать до тридцати.

Можно не задерживать дыхание.

Можно переживать остатки удовольствия, зная, что она никуда от него не денется.

* * *

— Мам, — зовёт Сеня, глупо улыбаясь и переступая с ноги на ногу.

Отрывается от дверного косяка, чтобы сесть на стул и скрестить ноги. Маленькая боль становится незаметнее и тусклее после вчерашнего из-за растущего тепла внутри.

Женщина отрывается от сковородки, на которой жарятся котлеты. Поворачивается к дочери и удивлённо вскидывает брови, бросая взгляд на часы.

Шесть вечера.

— Ты уже вернулась, — Татьяна целует дочь в лоб. — Как в университете дела?

— Всё хорошо. Мам, я поговорить хотела, — начинает Сеня серьёзным голосом.

Женщина кивает, откладывая полотенце на стол, и садится на второй стул, внимательно уставляясь на нервную Сеню, которая облизывает губы и тяжело выдыхает.

— Я влюбилась, — почти шёпотом произносит, осторожно смотря на родительницу.

— Я знаю, жизнь моя, — Татьяна улыбается, кладя ладонь на сжатый кулачок дочери.

Есения никак не ожидала услышать нечто подобное, но это даже лучше, чем тысяча вопросов. Думала, что мама спросит в кого или задаст любой другой вопрос, но никак то, что уже в курсе!

— В Кирилла, — добавляет аккуратно.

— Я знаю, Сень, — женщина улыбается, нежно сжимая ладонь девочки.

— Откуда, мам?

— Сень, мне не двадцать, чтобы не заметить, как ты изменилась. Ты расцвела и стала более счастливее. Ты посмотрела бы на себя со стороны!

— А что со мной?

— Ты после ночёвок с Кириллом сияешь хлеще солнца. Конечно, так и раньше было, но сейчас как-то по-другому. По-особенному как-то. Как, наверное, сверкают влюблённые.

— Мам, — тяжело выдыхает Сеня.

— Это нормально любить человека, с которым ты долго знакома. Тем более, посмотри на нас с папой. Мы учились в одной школе, а потом в одном университете. Мы гуляли в одной компании, были друзьями. Немного позже стали семьей. Из дружбы может получиться одна из самых крепких семей. Мы и Дубровские тому показатели.

Сеня кивает пару раз, осознанно проводя аналогию и понимая, что её жизненная история похожа на мамину и папину. Не зря же говорят, что дети следуют по стопам родителей?

— Только давай договоримся сразу, — уже более строго начинает мама. — Я пока не готова стать бабушкой. Я очень люблю малышей, но… Сеня, учеба!

— Мама! — восклицает Сеня, тут же поднимаясь со стула. — Я знаю, — уже спокойнее добавляет. — Для детей как-то очень рановато!

— Всему своё время, жизнь моя.

Татьяна ещё раз целует дочь в лоб и крепко обнимает. Она счастлива, что дочь нашла своё счастье.

Да и как можно не радоваться, если сама знает Кирилла с пелёнок?

— Это он, да?

Сеня отрывает взгляд от учебника по философии, поднимает его на Рому, который стоит возле столика в кафетерии. Григорьев выглядит слегка расслабленно и непринуждённо, особенно, когда падает на стул, стоящий по другую сторону. Она вопросительно выгибает бровь в немом вопросе.

— Тот парень на белом форде. Ты с ним, да?

Может показаться, что в словах парня сквозит яд. Его глаза слегка прищуриваются, отчего в уголках собираются едва заметные морщинки. Взгляд Ромы слишком внимательный.

Но он старается оставаться спокойным, зато Есения слегка съёживается и напрягается от такого неожиданно разговора. Не то, чтобы отношения с Кириллом стали темой для обсуждения, но многие были удивлены тому, что какая-то первокурсница была сначала с одним, а потом с другим. Им, тупым сплетникам, никогда не узнать правду.