Книга Красная помада и последствия, страница 87 – Елена Северная

— А ну, признавайся, паразит: зачем припёрся? — грозно рявкнула я, сотрясая сковородкой воздух.

— Полина-а-а, — простонали с пола… знакомым баритоном.

Вся электрическая природная энергия собралась над моей макушкой и прострелила до самых пяток.

— М-максим? — икнула я.

От неожиданности я выпустила своё оружие, и оно с грохотом приземлилось на страдальца Ветрова.

— Ой! — взвизгнула я и бросилась поднимать мужчину.

Только куда там! Даже с моими ста килограммами поднять его оказалось неразрешимым предприятием. На моё везение подоспели Леонид с Ольгой — счастливые и сияющие.

Втроём, пыхтя и кряхтя, мы кое-как отволокли полуобморочного Максима в крошечную подсобку, где стояли кресло и стол с минихолодильником и микроволновкой. Какое тут открытие кафе? Я в ужасе представляла себя в камере, куда меня определят Ветровы за членовредительство их кровиночки. И поделом мне — чуть не лишила человечество такого прекрасного представителя мужской его части! То есть мужской части общества, тьфу… Короче, чуть мужика не угробила.

Леонид, проявляя истинную способность дипломата, принялся ощупывать шишку на голове старшего брата. Ольга же, метнувшись кабанчиком в холодный зал, (хотя, залом этот закуток и назвать можно с трудом) притащила пакет с замороженными пельменями и велела Максиму:

— Приложи!

Тот, кажется, ещё не осознавая случившееся, молча водрузил пакет себе на голову. Я же, съёжившись, насколько мне позволяла моя комплекция, забилась в угол и тихо блеяла в своё оправдание:

— Я думала, вор! Я не хотела! Тут открытие сегодня, а он…

Внезапно Леонид расхохотался:

— Полина, ты чудо! Оля, давай купим сюда диван, и определим Полину ещё и сторожем! Тогда и сигнализация не нужна с такой охраной! — он кивнул на меня и снова заржал.

Тем временем взгляд Максима стал осмысленным и он сдавленно произнёс:

— Да уж, открытие будет незабываемым.

Напряжение в подсобке стало понемногу спадать. Убедившись, что меня прямо сейчас в тюрьму сажать не будут, я предложила всем чай с блинчиками. За чаем выяснилось, что Максим тоже решил с утра пораньше проконтролировать подготовку к открытию, а шуршание у служебного входа это всего лишь неудачная попытка вставить ключ. Ну, кто ж знал!

В итоге полуночное чаепитие превратилось в бурное обсуждение предстоящего открытия кафе. Леонид генерировал одну за другой идеи будущей рекламной кампании, Ольга вставляла редкие и критичные замечания, а Максим… кажется, он просто был рад, что я его не прихлопнула своей сковородкой. Он лишь изредка кидал на меня странные взгляды и усмехался. Ой, не к добру это…

Как только рассвело, мы высыпали на улицу полюбоваться новёхонькой вывеской. Её только вчера вечером установили, поэтому никто, кроме меня не видел ещё. Над дверью в наше кафе красовались нарисованные румяные пузатые пельмени. Да такие довольные, словно их только что из миски со сметаной вытащили!

— «Пельменный разгуляй!» — прочитал Леонид и прицокнул. — Может, надо было что-то более общее?

— Во-первых, сейчас основной продукт у нас — различные виды пельменей, — я принялась горячо защищать название. — Во-вторых, пельмени — это ж наше народное достояние, палочка-выручалочка, самое распространённое быстрое блюдо, которое даже заядлый холостяк в состоянии себе приготовить. В-третьих, это наиболее удачная мысль, что мне в голову пришла.