Онлайн книга «Мой босс... Козел!»
|
Ага. В ресторане глубокой ночью никого голодного уже нет. Там с вечера отъедаются. — Я вообще не понял, зачем опека приходила. Они заявили, что должны обследовать жилищные условия. Якобы у меня проживает мальчик без согласования с ними. Послал бы их куда подальше, но понял, что они везде уже были. Да ещё полиция… Наверное, не я один такой. И уткнулся в тарелку с супом. Наблюдать, как ест голодный мужчина, неожиданно, понравилось. Блин, отчим, ты прав! После ужина мы с шефом перебрались ко мне в комнату. Санька уже спал, а мне очень хотелось услышать продолжение, да и шеф, по всему, не прочь выговориться. Знает же, что никому не скажу! А свободные уши у него сейчас в наличие только мои. — Лет десять назад у меня была девушка, — начал он. Это я и так знала, но притихла в ожидании продолжения. — Потом мы разошлись, она уехала. Через некоторое время она сообщила, что родила от меня. Связывать друг с другом свои жизни мы на тот момент не собирались. Она оформилась как мать-одиночка, потому, что какие-то там льготы полагаются, но я каждый месяц высылал деньги её матери на содержание ребёнка. Знал, что Виолетта та ещё транжира. Мы договорились о твёрдой сумме. Хотел сначала тест ДНК сделать, а потом махнул рукой: ребёнок не виноват, что мать — вертихвостка, а я — осёл. Сам не обедняю, а им в селе на эти деньги целой семьёй можно жить. Теперь выясняется, что её мать почти сразу после рождения мальчика оформила опеку над внуком, но недавно умерла. Опека сначала обратилась к Виолетте, а та сообщила, что сама лично отвезла сына к биологическому отцу, — ко мне, то есть, — перед тем, как отбыть на ПМЖ в Голландию. Не стала уточнять нюансы, ведь Оля мне озвучила немного другую версию, ну да ладно. Вместо этого спросила: — И поэтому опека к тебе пришла? — Ну да! Я же, как отец не записан, а ребёнок, по словам матери, у меня! Только адрес домашний Виолетта не знает, а адрес офиса фирмы в любом справочнике. Мы устроились у меня на кровати, опершись на изголовье и подложив под спины подушки. Да, с мебелью в комнате напряг. Здесь только недорогой спальный гарнитур, а он предусматривает только одно спально-сидельное место — кровать. Ни кресел, ни стульев больше не было. Как-то я не планировала такого кучного сосредоточения гостей. — И? — Что «и»? — вперил в меня осоловелые глаза шеф. — Я и слыхом не слыхивал ни о каком мальчике. Никто не появлялся, никого не привозили. Мне, конечно, не поверили. Пришлось ехать в городскую квартиру. Перепугали мою помощницу по хозяйству, разнервировали собаку, и, кажется, всё равно не поверили. — Так, а где же мальчик? — Понятия не имею, — он пожал плечами. — Опека сообщила, что будет в розыск подавать. Я тоже частного детектива нанял. Мой это сын, или не мой — сейчас значения не имеет. Пропал ребёнок — надо найти. Дальше Борис ещё что-то говорил, а я опять погрузилась в свои мысли: вот как так? Что за мамаши такие пошли? Санькина, например, вообще бросила мальчонку около центра, Виоллетта хоть отвезла… А куда?..Она ж, по словам босса, домашнего адреса не знает. Мысли сонными мухами роились в усталой голове и я не заметила, как уснула. Мстительная будильничья морда противным звуком работающей дрели вещала о начале нового дня. Я приоткрыла один глаз… |