Книга Личный дневник (пьяной) влюблённой провидицы, страница 67 – Алёна Май

— Хорошая шутка, но поберегите свой запал для наших занятий.

— И что мне надо делать?

— Для начала сесть, — мучитель выдвинул два стула, стоящих рядом, и поставил друг на против друг друга.

Я выбрала одно из предложенных мест и заняла его. Тобиас Бергман сёл чётко напротив.

— И что мне делать?

— Ничего. Просто смотреть.

— Куда?

— На меня, конечно же, — локтями этот тип упёрся в колени и положил свой подбородок на сцепленные в кулак руки. У него были такие длинные и изящные пальцы, а вены на руках складывались в довольно красивый узор. — В глаза смотри. Мои руки не самое интересное, на что можно посмотреть.

Меня обдало волной жара от такой наглости.

"Да кому ты нужен! Тьфу!" — возмущалось подсознание и я присоединялась к нему.

А затем послушно посмотрела ему прямо в глаза. Смотрела, смотрела и смотрела, но ничего не происходило.

— И долго смотреть?

— Сколько скажу, — а улыбка то от уха до уха. От точно издевается!

И мы сидели. Смотреть на кого-то так долго глаза в глаза было просто невыносимо. Особенно незнакомцу. Такой контакт я позволяла только Леону.

— Хватит думать о своём парне. Его здесь нет.

— Вы понимаете, как отвратительно это звучит?

— Раз пришла, делай, что говорю.

Я отвела взгляд и встала, не намереваясь и минуты находиться с этим типом наедине в одном помещении.

— Я ухожу. Это всё попахивает каким-то домогательством.

Направилась в сторону двери, бежать, бежать и еще раз бежать, дернула ручку двери, но Тобиас Бергман оказался сзади одномоментно. От шеи вдоль позвоночника прошел нехороший холодок. Рука мучителя крепко придерживала дверь, длинные пальцы украшали старинные перстни. Не надо было быть аналитиком, чтобы понять, что они все напитаны древней магией.

— Я тебя даже пальцем не тронул, Октавия, а ты уже так нервничаешь. Мы просто смотрели друг на друга.

— Я б-буду кричать, если не от-отпустите, — от волнения начала заикаться.

Его дыхание щекотало, дистанция между нами сокращалась и схлопывалась. Страшно. Очень страшно. Как будто может произойти что-то непоправимое, как будто он может сделать со мной что угодно, а я не смогу сопротивляться.

— Ты слишком много думаешь. Твои мысли такие громкие.

Свет одинокой свечи еле-еле доходил до двери, наши с Тобиасом Бергманом тени сливались, образовывая один нечеткий контур. Сердце било по ребрам, в горле пересохло от волнения, от неизвестности. Меня буквально тошнило.

Мучитель отстранился и с плеч будто сняли тяжелый груз. Затем подошел к вешалке и надел своё пальто.

— Я придумал, как заставить тебя отпустить этот хаос. Иди за мной.

— Я хочу закончить.

— Тебе понравится. Не спорь и одевайся, — Тобиас Бергман следом подал мое пальто, о котором я с перепугу забыла.

Послушно, но с очень кривым лицом, позволила себя одеть.

— И что вы придумали?

Тобиас Бергман молча подмигнул мне и одарил улыбкой, которая показалась мне хитрой и одновременно… очаровательной.

“Октавия! Что за определение? Этот тип жуткий!”— кричало подсознание, а я согласно кивала в своей голове. Жуткий, определенно, но это не отменяет это опасной привлекательности.

Он пошел первым, я прожигала взглядом его спину. Мы вышли за пределы Академии, а я уже боялась задавать какие-то вопросы.

— Куда мы идем?

— Очень далеко отсюда. Тебе должно понравиться. Руку дай.