Книга Личный дневник (пьяной) влюблённой провидицы, страница 50 – Алёна Май

— Что такое? — Леон часто дышал, красноту его щёк было видно даже в темноте, хотя глаза уже и привыкли. — Не нравится.

— Не нравится, что я не вижу твоего лица.

Уголок губ моего парня дрогнул в ухмылке и он отстранился.

— Ложись тогда на стол спиной, — предложил Леон, но у меня уже были другие планы.

— Нет. Садись на стул.

— Я?

— Ты здесь видишь кого-то еще?

Лунный свет играл на изгибах рельефного торса Леона и не только на на нем. Никогда не думала, что то, что у мужчин в трусах, может вызывать дикое желание одним своим видом, или мне просто повезло, что Леон весь такой вкусненький.

Леон послушно сел на стул, а я скинула с себя сапоги и стянула всё мешающее. Возможно не так сексуально, как хотелось бы. Леон поедал меня взглядом. Забралась к нему на колени, уперлась ладонями в плечи и начала свою пытку. Глаза Леона закатились от удовольствия и это именно то, чего мне не хватало. Видеть как у него сносит от меня голову, чувствовать как сжимаются руки на голых бедрах, слышать как он захлебывается в стонах, а не я. Если партнер думает только о себе, это заведомо провальный секс. Лишь половой акт для какого-нибудь продолжения рода человеческого. Но для чего это всё было природой или богами придумано, если не для этой эмоциональной связи, настолько тесной и близкой, что не хочется, чтобы это когда-нибудь заканчивалось.

— Октавия, что ты со мной делаешь? Я, кажется, сейчас умру.

Я не могла ничего ответить, я нашла такой оптимальный темп, что вот-вот и мы оба заберемся и поставим флаг на эту вершину блаженства.

С губ всё же сорвался громкий стон, но я уперлась ртом в шею Леона и прорычала его, стараясь быть тише. А затем упала на него, полностью обессилев. Леон долго выдыхал через сложенные трубочкой губы, гладя меня по голове и спине и повторяя “Спасибо”. Это звучало странно, но мило. Кому-кому спасибо, так это ему.

— Октавия Ленар, кажется, я влюбился в тебя еще сильнее.

Щеки вспыхнули, а сердце затрепетало. Это что? Признание в любви? Раньше он не произносил слова с корнем “люб”. “Нравишься”, “интересуешь”, “хочу тебя”, “думаю о тебе”… Что угодно, но не это. Я же в наших отношения была слегка… Как бы это выразить. Скупа на выражения данного рода чувств. Я боялась, что стоит произнести что-то подобное вслух, и всё исчезнет. Я боялась сглазить.

— Я смутил тебя? Но что поделать, если это правда, — Леон всё время будто читал мои мысли. — Можешь ничего не говорить. Просто очень хотел это сказать.

Но промолчать в такой ситуации тупо, да и чего я боюсь. Мы вместе уже несколько месяцев, можно уж хоть раз порадовать этого красавчика добрым словом.

Взяла его щеки в свои ладони и заглянула в бескрайний океан его глаз.

— Леон Грейвз, ты просто не представляешь как сильно ты мне нравишься! Если я что-то не говорю, это не значит, что я этого не чувствую!

Улыбка Леона ослепила меня, а я от волнения готова была потерять сознание.

— Этот ответ меня более, чем устраивает.

Он уперся в мой лоб своим и закрыл глаза. Столько нежности было в этом моменте, что не передать словами и не выразить на бумаге. Счастье переполняло нас с Леоном, хоть место и время было, наверное, не самое романтичное. Скорее даже отдавало пошлостью. Я что-то и позабыла, что мы оба наполовину голые.