Книга Неталантливая девочка, страница 5 – Олена Бланка

Через 10 минут наша команда уже оттесняет пришлых на проезжую часть. Волохов что-то рьяно доказывает, размахивая какими-то бумагами. Даже на этой нечеткой черно-белой записи видно, что воздух кипит от агрессии.

А потом все вдруг кидаются в рассыпную. Потому что начинается стрельба. Это уже теперь мне известно. Когда первый раз смотрел даже не врубился сразу. Только увидел, как медленно оседает на асфальт этот лощеный Волохов.

Останавливаю запись. Максимально приближаю. Она делится на пиксели. Но при этом все равно видно темное, можно сказать черное пятно, которое образовалось рядом с головой человека, лежащего на пешеходном переходе.

Дальше запись не пускаю. Через три минуты на место прибыли менты, ОМОН. Всех положили на асфальт. Еще через полчаса ФСБ. После этого запись на камере была отключена.

На данный момент следствием установлено, что смертельная пуля вылетела из пистолета Макарова, числящегося за сотрудником ЧОПа, охраняющим «Эле-ком» Дмитрием Марусевым. Это если выражаться сухим языком следаков.

Если ближе к жизни, то мой армейский дружок Димас, или среди своих, Маруся, с которым мы шесть месяцев под Новосибом чистили снег на плацу в В/ч 1542, получив ранение в руку, выстрелил в ответ и попал в этого гандона в галстуке от Армани. А это уже убийство по неосторожности.

И мне больно от того, что я ничем не могу помочь близкому человеку. Нет, конечно, нанят самый лучший адвокат. И те вопросы, которые можно закрыть деньгами, закрыты. Тут базара нет.

Но есть ведь и другая сторона всего этого. Лишить жизни человека, хоть и случайно, а может быть и в какой-то мере заслуженно, все равно тяжкая ноша. И это то, что будет с тобой до конца твоих дней. Никак ты от этого не избавишься. Ну только если лоботомию сделаешь. Однако, даже если сам забудешь, то другие напомнят. Добряков вокруг полно.

И я чувствую свою причастность ко всему этому. Ведь это я его пристроил сюда. Дима родился и вырос под Новосибирском в селе Раздольное. Рос без отца. Закончил какой-то колледж. Потом пошел отдавать долг Родине и в этот момент его судьба была предрешена, потому что он встретил там меня.

Просто ору с этого!

Я-то ведь пошел служить назло отцу. Такой вот у меня в двадцать один год запоздалый подростковый протест случился. Типа: назло тятьке отморожу себе уши.

Пожалел где-то через месяц уже. Но отец тоже тогда закусил удила. И сколько мать ни просила, помогать не стал. Для меня-то, конечно, это и к лучшему было. Мозгов слегка прибавилось после этих затянувшихся на год каникул. А вот Димке, наверное, не очень повезло, хоть он и считал по-другому.

Более разных людей, чем мы с ним на самом деле представить себе сложно. Московский мажор и сибиряк из глубинки. Мы как белый медведь и мадагаскарский лемур. Не могли встретиться в природе, но встретились. Меня он сразу привлек своим легким характером и вечно позитивной энергетикой, которую распространял вокруг себя.

По нему было видно, что он правильный парень. С принципами и собственным мнением. Мне самому в себе таких качеств всегда не доставало. Поэтому я смотрел на него и даже перенимал у него что-то. Как реагировать на ситуации, как не ронять собственное достоинство, как не отступать от своих принципов. Это при том, что я вообще-то старше его на два года.