Книга Неталантливая девочка, страница 14 – Олена Бланка

У мамы новое увлечение появилось. Бельгийские овчарки. У отца осталось его любимое детище — «Эле-ком». У меня моя веселая вольготная жизнь. У Лехи школа и комп. Каждый сам по себе. Грустненько.

— Живешь — горя не знаешь! Вообще деньги не считаешь! На шлюх спускаешь за одни выходные столько, сколько другие за год не зарабатывают! — продолжает греметь отец. — Лишить тебя всего по хорошему надо! И заставить жить самостоятельно!

— Да пожалуйста, — отрываю глаза от телефона.

Отец захлебывается от моего ответа, но сказать ему нечего.

Да, мне на счет ежемесячно падает хорошая такая сумма, но я могу и не трогать эти деньги. Мне вполне хватит того, что приносит моя студия, а еще роялти с моих битов. Ну может придется забыть про какие-то особо экзотические развлечения, хотя не факт.

Еще я езжу на BMW M4, который мне подарили на 25 лет. Но смогу обойтись чем-то и попроще. И живу я в родительском особняке только потому что в моей квартире случились небольшие неприятности. Ее затопило после тушения пожара, который произошел этажом выше три месяца назад. Тоже решаемый вопрос.

Короче! Лишить меня всех материальных благ можно, но вот заполучить рычаги давления с помощью такого шага — нет. И отцу это отлично известно. Также он понимает, что если пойдет на это, то еще больше осложнит отношения с матерью, которая меня, своего единственного сыночка, обожает.

В общем, тупик. Поэтому сделав несколько глубоких вздохов, он садится напротив меня и говорит уже более спокойно:

— Сын, ну ты ведь взрослый парень уже. Мужчина! Ну нельзя же вот так жить!

— Как так?

— Ни к чему не стремясь. Плывя по течению. Не имея принципов в конце концов!

— С чего ты взял, что у меня нет принципов?

— Ознакомь тогда родителя с ними. Очень интересно послушать, — откидывается он на спинку кресла.

— Я не трахаю замужних, раз. И не занимаюсь сексом без презервативов. Это два. Достаточно?

Про замужних — тоже камень в его огород. Ведь Вера была замужем на момент их с отцом знакомства, но мужа своего послала из-за большой и чистой любви. Что было дальше опять же всем известно.

Да, я хамло. Признаю. Но зато на этом наша задушевная беседа заканчивается. Папаня, озадаченно потирая лоб, удаляется в свой кабинет, чтобы принять грамм сто. Это его успокоит.

Я двигаюсь в противоположную сторону, на кухню. Хочу чего-нибудь пожевать. Воспитательные беседы столько сил отнимают!

Захожу, а там она, эта девица, которая тренирует материнских щенков.

Сидит на высоком стуле у кухонного островка, пьет чай. Я заметил ее первый раз в воскресенье, как раз после нашего с Денисом загула. Но так близко вижу впервые.

Ей чуть за двадцать. Невысокая, стройная. Светлые волосы собраны в хвост. Небольшая грудь, двоечка. Лицо простое, без косметики. Тонкий нос, может даже слегка длинноват, чтобы назвать идеальным. Губы не накачаны, как у большинства, но красивой формы. Брови еле заметны. Но вот глаза эти ее зеленые… Буквально тону в их глубинах! Или это линзы такие со спецэффектами?

Сажусь напротив. Она смотрит с интересом, как впрочем большинство женщин всегда смотрит на меня. Я к такому привык.

— Ну что, может потрахаемся? Все равно делать нечего, — выдаю, сглатывая слюну.

Замирает на секунду буквально.

— Тебе нельзя, — отвечает.