Книга Танец большого секрета, страница 13 – Алина Цебро

— А тебе не нравится, когда люди не такие, как кажутся?

— Мне нравится, когда ониинтересные, — ответила Лив, засовывая руки в карманы куртки. — Но угонять машины — это не интересно. Это глупо.

Мне кажется, она чуть-чуть злиться, выдыхает и будто бы...пытается доказать это себе, не мне.

— Ты бы предпочла, чтобы я грабил банки?

— Нет. Я бы предпочла, если бы ты не делал ничего, что могло бы посадить тебя в тюрьму..., - она говорит, что-то ещё в конце, но я совершенно не слышу её слов.

— Почему? Боишься, что будет не с кем спать?

Она достала руки из карманов, сделала шаг ко мне ближе.

— Тебе ведь Грейс рассказала об этом?

— Да, она. Решила, что я должна знать, так как, ты правильно выразился, мы спим вместе. Но да, ты прав, я боюсь, что придётся искать нового игрушечного психолога. Ты слишком...предсказуем в своей непредсказуемости.

Хватаю её за талию, впечатывая в своё тело. Она маленькая на фоне меня, поэтому почти тонет в моих объятиях. Я смеюсь.

— Ты первая, кто называет угоны "предсказуемыми".

— Всё предсказуемо, если знаешь мотив, — проговорила она, чуть-чуть отстраняясь, чтобы заглянуть в мои глаза. — Ты богат. У тебя нет нужны в деньгах, значит ты делаешь это ради чего-то другого...например жизни? Ощущаешь себя живым в эти моменты?

Я приближаюсь к ней, наши шлемы сталкиваются. Психолог из неё так себе.

— Жалко. Я думал, ты умнее.

Она молчит, смотрит и смотрит в мои глаза.

— Жалко, я думала, ты умнее.

— Ты не пытаешься меня исправлять, не так ли? Наблюдаешь?

Её лицо краснеет, вижу это даже через шлем, глаза сужаются.

— Я не наблюдаю, лишь оцениваю.

— И?

Отпускаю Оливию, и она тот час отходит от меня на три шага. Хотя когда прижималась ко мне, против точно не была. Она интересная, дерзкая и заманчивая.

— Пока не провалился. Но если вдруг угонишь машину у моего отца — я лично вышибу тебе мозги.

Слышу в её голосе смех, лукаывый взгляд, закрытая поза.

Она врёт. Или не договаривает. Только вот в чём именно?

— Твой отец ведь владелец автодилерского холдинга? — усмехаюсь. — Боюсь, его машины слишком скучные для меня.

Да и не так выбираю что угонять, приказы — выполнение.

— Не сомневайся. Они очень скучные, но очень дорогие.

— Обещаю, — говорю тихо. — Я угоняю только то, что не принадлежит людям, которые носят пистолеты под платьем.

Пытаюсь оживить её, но глаза Оливии тухнут ещё больше. Но она пытается выстоять, фыркает.

— Ты слишком много замечаешь для психолога.

— А ты слишком много скрываешь для дочери "уважаемого бизнесмена".

И это чистая правда, смущает меня эта темка, нужно пробить Оливию и её семью, пока не поздно. Может они те, кто мне нужен.

Было бы очень плохо. Очень, если это так.

Она не отвечает, садится за мной, снова обхватывает за талию, на этот раз будто бы ещё крепче.

— Поехали. И назовёшь меня ещё каким-нибудь ласковым словом или нежной, я сброшу тебя с мотоцикла.

— Угрозыыыы, — пропел я, заводя мотор. — Но обещаю, в следующий раз ты услышишь от меня такое только в постели.

Она ударила меня по плечу, я услышала смех, тихий такой, еле заметный, как будто Лив и не хотела смеяться, но всё же не смогла удержаться. Когда мы снова тронулись, её тело прижалось ближе. Словно она стала держаться не за мотоцикл, а заменя.

А я...

Позволяюсебе насладиться моментом, потому что знаю, что скорее всего: