Книга Просто дыши, страница 40 – Ана Эм

Я впервые познакомилась с «изгоями» нашей семьи. Их было двое. Моя двоюродная бабушка Роза и тетя Амелия. Я стала одной из них. Стала изгоем. И теперь горжусь этим. Да, я Эва Уолли, и я рада, что являюсь изгоем в собственной семье. Я сумела построить свою жизнь вокруг себя. Исцеляя. Восстанавливая. Маленькими шажочками.

Но вот сейчас я стою перед зданием Роше, и внутри такое чувство, будто снова вхожу в тот мир, из которого сбежала. Да, в университетские годы всем по большей части было плевать на меня. Я старалась сильно не выделяться и как можно реже контактировать с людьми. Я училась шить. Училась работать с цветом. Училась создавать. Да, создавать мне нравилось больше всего. Однако весь этот модный мир очень похож на тот, в котором я выросла. Он жесткий. Не терпит провалов. И только и ждет возможности сожрать тебя.

Новый виток. Сильный. Мощный. Я ощущаю это всем телом. Переломный момент. Авроре пришлось остаться со мной на все выходные, потому что я два раза порывалась позвонить Клоду и все отменить. На самом деле мысленно я сделала это множество раз и только дважды набралась сил и взяла телефон в руки.

Сделай это для себя. Тебе не нужна эта работа, но это хорошая возможность потренироваться в коммуникации. Ты будешь каждый день выходить из дома с определенной целью. Глядишь, втянешься.

На фразе «каждый день выходить из дома» я схватила телефон в первый раз. Рори пришлось отвлекать меня мороженным и любимыми ромкомами нулевых.

Тебе необязательно вписываться. Будь таинственной и молчаливой. Будь собой. Спросят, отвечай. Нет? Да и хрен с ними. У тебя получится, ты готова. Вон даже твой психолог так сказала. Ты готова.

На фразе «спросят, отвечай» я потянулась к телефону во второй раз, но Рори опередила меня и засунула его между подушек дивана.

Ты готова.

Я не готова. Во всяком случае не ощущаю себя таковой. Но назад дороги нет. Я не даю себе повернуть назад, хотя очень хочется. Хочется вернуться в свою уютную квартирку, включить какую-нибудь лекцию по истории, сесть за холст или приготовить себе печенье. Хочется сделать что-то знакомое, понятное. Меня всю жизнь пытались вытолкнуть из зоны комфортно насильно. И вот, как только я сама обрела этот самый комфорт, собственноручно выталкиваю себя. Просто не верится.

Если первый день будет ужасным, уйдешь, тебя там никто держать не будет.

Эти слова были последним козырем в рукаве Авроры Монреаль. И они сработали. Да, я уйду, если будет плохо. Нет. Не уйду. Всего месяц. Неужели не продержусь месяц? Четыре недели. Я справлюсь. Я смогу.

Ты сможешь, Эва Уоллис. Давай же, сделай шаг.

Люди продолжают обходить меня на тротуаре, точно воды камень.

Я смогу.

Стиснув кулаки, подхожу к зданию одного из самых старинных парижских домов моды. Одета я не совсем к месту. Но мне плевать, потому что под черным длинным пиджаком мое тело уже извергает всю воду, что есть в организме. Кажется, будто даже скальп потеет. Уж лучше мне будет неловко из-за своего совершенно немодного образа, чем от кругов пота по всему телу.

Толкаю тяжелую дверь и попадаю в немного прохладное помещение. Это радует. В отличии от молодой женщины на ресепшен, с которой мне предстоит говорить.

Здравствуйте, меня зовут Эва Уоллис. Клод де Шар ожидает меня.