Книга Просто дыши, страница 182 – Ана Эм

— Такая красивая. – шепчет Элиот, нежно обхватывая мое лицо руками. – Никогда не позволяй никому заявлять об обратном, Эва, слышишь? Никогда. Никому.

Эти слова точно семена пускают корни где-то глубоко во мне. Пробивают какой-то слой внутри меня. И это так прекрасно. Настолько, что в уголках моих глаз собираются слезы. Я вдыхаю полной грудью, насыщая каждую клеточку своего тела кислородом. Впервые чувствуя это по-настоящему.

Свободу.

Элиот целует слезы, скатывающиеся по моим щекам. Я тянусь к его свитеру и помогаю ему ее снять. Он наблюдает за тем, как я касаюсь его. Впервые без каких-либо барьеров я касаюсь его. Кончиками пальцам скольжу по сильной широкой груди, что навсегда отпечаталась в моей памяти. Спускаюсь к подтянутому прессу, что ни раз рисовала углем, маслом, карандашами, пастелью. Я столько раз воспроизводила его в своей голове, что это кажется почти нереальным, чувствовать его вживую.

Каждая мышца в этом сложном мужчине напрягается от моих прикосновений. Это пьянит. Знать, что он хочет именно тебя сводит с ума.

— Скажи это. – слышу его слова и поднимаю глаза к его лицу.

Мои пальцы замирают на ремне его брюк.

Ты мне, я тебе, да, Элиот? Иначе ты не умеешь, верно?

— Я хочу тебя, Элиот Бастьен.

Одним резким рывком он поднимает меня на руки и укладывает на кровать, разместившись между моих ног.

— Я весь твой, Эва. – шепчет он мне на ухо. – Только твой.

Твой.

Твой.

Твой.

Мой.

Его губы смыкаются на моей шее, руки изучают тело, не пропуская даже сантиметра кожи. Я прижимаю его к себе, и он начинает спускаться еще ниже, проводя языком вдоль мой ключицы. Мои пальцы оказываются в его волосах. Тело горит, тяжесть внизу живота становится невыносимой. Элиот втягивает ртом сосок, слегка прикусив, и я выгибаюсь ему навстречу, издавая такие звуки, на которые даже не знала, что была способна.

Я тянусь к его брюкам.

— Терпение, детка. – мурлычет он, принимаясь за вторую грудь

— Заткнись. –  бросаю в ответ. – И сними уже эти штаны.

Его плечи подрагивают от смеха, но он все же выполняет мою просьбу и достав презерватив из кармана, избавляется от штанов, трусов и всего, что может служить преградой между нами. Через пару мгновений он уже снова лежит на мне. Его глаза находят мои, и он улыбается.

— Привет. – шепчет, нежно касаясь кончиком носа моего.

— Привет. – выдыхаю с улыбкой.

Он не сводит с меня своего теплого взгляда и медленно, сантиметр за сантиметром входит. Наши дыхания переплетаются, губы едва касаются друг друга.

— Как давно ты в последний раз занималась сексом? – вдруг спрашивает он, замерев.

— Много лет назад.

— Черт. – утыкается мне в шею. – Ты же почти девственница.

— Нельзя быть почти девственницей. –  прикусываю мочку его уха, и он издает стон.

Мои губы втягивают нежную кожу его шеи. Все его тело напрягается надо мной. Я приподнимаю бедра вверх, прося его начать двигаться, но Элиот не торопится. Он осыпает мое лицо крошечными поцелуями, от которых в моем сердце вырастают крылья. Его губы оставляют след на моих глазах, носу, щеках, губах, душе. Только после этого он начинает двигаться. Сначала медленно, затем увереннее, быстрее.

Наши глаза не отрываются друг от друга. Стоны заполняют каждый уголок этой комнаты. Пальцы переплетаются. Мы хватаемся друг за друга так, словно варианта отпустить вообще не существует. И я чувствую это, три коротких слова поднимаются откуда-то из места, где сердце обретает крылья. Они проникают мне под кожу, въедаются в кости, становятся частью меня. Я чувствую это бесконечное падение и непрерывный полет. Жизнь пульсирует во мне, кричит, заставляет признаться.