Книга Предатель. Осколки счастья, страница 17 – Елена Мартин

— Пахнет просто бесподобно. Я ужасно голоден, — снимая пальто, устало говорит Андрей.

— В ванную. И мы тебя ждем на кухне.

Я подхватываю на руки Машу и несусь на кухню накидывать последние штрихи, задуманные мною на семейном ужине.

Андрей обводит взглядом кухню и с сухим: «Вау» присаживается за стол.

Вау?

Как всё скромно!

Мне это действо сегодняшним вечером на нашей белоснежной кухне стоило мне усилий целого дня. А он мне выдал только: «Вау».

— Уже три года прошло? — Андрей продолжает меня потихоньку злить.

— Представь себе. Три года как мучаешься, — иронизирую в ответ.

Ставлю перед носом шедевр моего кулинарного искусства, от которого муж сглотнул слюнки.

— Аппетитно, — опять получаю сухой комментарий от Андрея.

— Будь так любезен. Налей нам шампанского.

Андрей не спеша поднимается из-за стола, также вальяжно откупоривает бутылку и возвращает ее назад, разлив игристое по бокалам.

В тонком бокале пузырьки дорогого шампанского поднимаются вверх и растворяются, соприкоснувшись с воздухом. Так, наверное, и мои мечты растворятся, соприкоснувшись с реальностью. Я повертела бокал в руках. Начало было воодушевляющим, продолжение смазанным, но я ещё в ожидании коронного блюда.

— За нас. За нашу семью и за тебя, любимый, — поднимаю бокал.

Инициативна, как всегда, на мне. По горькому опыту знаю, что наказуема.

— Олеся, ты, как всегда, умничка, — отпивая глоток шампанского, говорит Андрей.

— Я знаю, — поправляя на Маше воротничок на завязочках, отвечаю ему, — у меня для тебя есть сюрприз.

Красивые брови мужа взметнулись, и Андрей пристально уставился на меня.

— Я сейчас, — бросаю Андрею и вылетаю из кухни за подарком, оставленным мною в гостиной.

— Это тебе, — протягиваю приготовленный мною сюрприз удивленному Андрею.

— Что это? — Андрей вертит коробку в руках и вопросительно смотрит на меня.

— Открой и посмотри, — устало сажусь на свое место и выпиваю оставшееся в бокале шампанское залпом.

Андрей раскрывает подарок, и его глаза распахиваются от восторга.

— Леля, ты чудо! — Андрей восторженно вертит в руках папку. — Я такую как раз хотел!

— Я знаю, Андрюша, — градус алкоголя уже во всю поднимает градус моего настроения.

Я-то всегда помню о тебе, о твоих желаниях и предпочтениях. Подстраиваюсь под твоё настроение, в отличие от тебя…

— А я ничего тебе не приготовил…

Я даже открыла рот. Изумление — это лишь малая толика чувств, пронесенных вихрем в душе. Не могу сказать ни слова. Я, прожившая неделю в ожидании чуда, чувствую себя полной дурой.

В голове мелькает мысль, что подвеска может быть подарком матери на юбилей. Но заказанная Маргаритой Андреевной особенная картина кисти особенного художника, которую Андрей выискивал по всем магазинам города, теперь стоит, упакованная в нашей спальне. Чудно… Кто же станет владелицей тайного и дорого подарка?

— Ну что ж, подарок за тобой, — отвечаю осипшим голосом.

Встаю и, покидая кухню на ватных ногах, запираюсь в ванной комнате. Пытаюсь унять сбившееся дыхание и постоянно сглатываю подкатывающую тошноту к горлу.

Лелька, ну что ты. Успокойся.

Гадко и противно. И чувствую, что вся эта ситуация, отравившая и так острую обстановку между нами — начало конца.

Возвращаюсь назад и, уперевшись о дверной косяк, молча наблюдаю за ним.