Книга Любовь(ница), страница 68 – Ария Тес

— Не надо ко мне бежать, все нормально!

Иван застывает.

Пауза длится долго. Их гляделки — еще как будто бы дольше… и наконец-то Иван сдается. Оставляя лишь шепот, лишенный смысла, но полный боли.

— Ты ей хотя бы сказал?

Алеша молчит.

А я застываю. О чем он должен был мне сказать?..

Надя

Можно прятаться и бежать. Можно сделать вид, что меня здесь нет. Можно… так много чего можно сделать, но по факту, у меня как будто бы лишь одна дорога.

Я открываю двери и делаю шаг в гостиную. Оба брата резко переводят на меня взгляды, и в моменте они одинаковые. Удивленные, испуганные. А дальше происходят метаморфозы:

Алеша становится мягким и нежным.

А Ваня не отказался бы от идеи спалить меня заживо.

Ежусь. Это неприятно. Чувствовать себя причиной чего-то… важного… и даже пусть я не знаю, чего именно! не имеет значения. Ты всегда понимаешь, что разговор шел не о пустяках по нависшей атмосфере, которая словно кисель стекает по стенам и плюхается жирными каплями.

Здесь вязко. Как в болоте. И приторно-противно…

Хмурюсь. Алеша делает ко мне шаг.

— Ты почему не спишь, Надя? Я…

— О чем ты мне должен был сказать, но не сказал?

Он застывает.

Наверно, не ожидал. Обычно от меня такого тона — хрен дождешься. В смысле, раньше так, конечно же, было. Я никогда ни на кого не давила, а просто была рядом молчаливой тенью, ждала и верила, что меня посвятят в тонкие материи. Конечно же, если сочтут нужным.

Не-а, это изменилось совершенно точно, и тут, конечно же, дело в Анваре. Моя половинка ждать не любит; она не отличается чувством такта. Она ненавидит секреты и недомолвки. Это выяснилось сразу, кстати. В первый же раз, когда я обиделась на Анвара, он притянул к себе и не отпускал, пока я не разложила ему все, что было у меня на душе.

— Я не умею читать мысли, Надя. Серьезно. И дело не в том, что я не могу постараться, просто… я все равно не пойму. Или пойму неправильно. Или пойму совершенно не то. Поэтому, давай-ка ты просто прямо мне скажешь, что не так. Без всего этого женского бреда: я обиделась, а он пусть разгадает на что конкретно. Я не умею разгадывать. Ненавижу головоломки.

Пришлось говорить, он ведь не давил. В смысле, давил немного, но был со мной честен: Анвар ненавидит головоломки. Не играет никогда в них на телефоне и не разгадывает физически. Не может. Кошмар его детства— кубик Рубика. Ха! Как бы это забавно ни звучало…

И ты учишься. Ты перенимаешь себе черты твоего человека, хочешь ты того или нет. Когда два человека вместе столько времени, сколько были вместе мы — тут волей-неволей врастаешь корнями в друг друга. И питаешься…

Я переняла его черту этой резкости и давно уже не хожу кругами на цепи, как кот ученый. Никаких сказок. Только хардкор и откровение в глаза.

Леша издает смешок.

— Ничего себе… как серьезно.

Ваня ощутимо цыкает и отворачивается. Касаюсь взглядом его спины, но такое чувство, что Алеша категорически не хочет увеличивать наш контакт. Он делает шаг вперед и заставляет мое внимание зафиксироваться на нем.

— Не обращай внимания. Дело касается бизнеса, ничего кроме.

Резко повернувшись, Ваня чеканит шаг, и если бы я не отскочила в сторону — снес бы точно.

Ага. Конечно.

Бизнес.

Неприятное послевкусие разливается по гортани, я перевожу взгляд на Алешу и хмурюсь.